Сегодня: 24 октября 2336, Суббота

Случаются в жизни даты в особенности памятные. Нередко бывают они ознаменованы событиями веселыми, но не менее часто грустью веет от незабываемых дней, потому что приходится с кем-то прощаться.
Совсем недавно, не дожив чуть больше месяца до Дня Победы, ушла из жизни Мария Петровна Белая, ветеран Великой Отечественной войны, вдова Героя Советского Союза Спиридона Ефимовича Белого.
Хотя время вспять не повернуть, порой, кажется, что приостановить мгновенье все же можно — на бумаге, на холсте или снимке, в публикации. Потому написанный о М.П. Белой в апреле 1995-го биографический рассказ С. Лищинского покажется сейчас, спустя 16 лет, вдвойне проникновенным, своевременным, нужным. Вырезку из старой газеты в редакцию принес сын Марии Петровны – Юрий Спиридонович.
Утраты

Мария Петровна Белая… Женщина удивительной, необычной судьбы. И в то же время такая простая, обыкновенная, даже стереотипная для своего времени, своего поколения. Маленькая женщина, прожившая Большую Жизнь.

Родилась наша героиня в конце 20-х годов в Воронежской области в селе Нижний Кисляй. Семья ее жила очень бедно. Особенно трудно и тяжело пришлось во время голодных 1933-го и 39-го. Суп, сваренный из собранного детьми подорожника, был тогда обычным делом. Старшая дочь в семье, Маша рано повзрослела. Она училась в восьмом классе, когда началась война. Беда не пришла одна. В том же году скончался от туберкулеза кормилец, единственная опора и защита – отец.
В Нижнем Кисляе расположился второй эшелон обороны, в связи с этим Урядниковых вместе с другими семьями срочно эвакуировали, т.е. попросту выкинули в соседнее село. Из вещей осталось только то, что успели погрузить на тачку. Жили в хате, в каждом углу которой за наспех сооруженными перегородками и занавесками ютились семьи. И снова в свои права вступил страшный спутник детства и юности Марии Петровны – голод. Это был самый настоящий, жестокий, моровой голод, со всеми своими атрибутами – вздувшимися детскими животами и сходящими с ума от бессилия помочь взрослыми. Рядом с селом были поля сахарного завода, где хранилась зарытая в землю свекла – единственное спасение. Но ненадолго. Поле стали патрулировать милицейские наряды. Обычно за свеклой ходила Маша, но в ту, ставшую роковой, ночь мать пошла сама. Милиционеры схватили ее, и в наказание троих детей сделали сиротами, назначив матери принудительные работы на том же сахарном заводе за «воровство». Младших отправили в детдом. Старшая – Мария Петровна, которой не исполнилось еще и 18-ти, пошла работать медсестрой в недавно развернутый в селе военный госпиталь.
Представьте себе девушку, в лучшие годы своей жизни закапывающую руками куски человеческой плоти, завернутые в плащ-палатку, и вы поймете, что такое война. Попробуйте представить хотя бы запах внутри санитарного вагона – обыкновенной теплушки с подстилкой из соломы на голом полу. В таких вагонах тяжелораненых и умирающих бойцов возили в глубокий тыл за сотни километров. А сопровождали их девочки – эвакосестры. Мария Петровна попросила меня не писать о том, что ей пришлось видеть и пережить в это время. Я не уверен, что смог бы описать такое. Да это и не нужно. Война есть война. Грязь, кровь и смерть – ее извечные инструменты для ковки и ломки человеческих душ. Удивительно для меня только одно: как можно прожить двадцать лет, наполненных голодом и страданиями вокруг и внутри себя, и улыбаться так, как улыбается эта девчушка в военной гимнастерке?
А впереди еще была настоящая война. Не выдержав домогательств военврача, юная Мария сбежала с эвакопоезда и попросилась в первый же эшелон, следующий на фронт. Ее взяли медсестрой в противотанковый дивизион 5-го Донского казачьего кавалерийского корпуса. Но с ее телосложением и хрупким здоровьем было не под силу таскать здоровенных казаков и вести походную жизнь. Старый врач отправил Марию Петровну в корпусной госпиталь, где она снова стала эвакосестрой. Но пробыла там недолго, начались тяжелые бои, и ее забрали на передовую, санинструктором в истребительный противотанковый полк (в этой должности она и закончила войну). Удивительно тепло вспоминает о тех днях Мария Петровна: «Это было лучшее время моей жизни. В нашем полку были бойцы всех национальностей, но ни разу я не замечала вражды на этой почве. Может, это свойство человеческой памяти, но все, кого я помню, были замечательными людьми. Не было грубости, они всегда помнили, что я женщина и как-то особенно нежно и осторожно ко мне относились. Я не помню ни одного случая мародерства и воровства. А как они дружили!..»
В одну из военных зим Марию Петровну отпустили вместе с беременной подругой домой, на побывку. Ехали открытыми машинами, на перекладных, где возможно, пересаживались на товарняки. Так и добрались до родных мест в товарняке, везущем сено. «Если бы не сено, мы бы просто замерзли», — вспоминает Мария Петровна.
Приехав домой, застала умирающую мать. Заболела она на принудительных работах. Простудившись в пути, Мария Петровна слегла и сама, пролежав в горячке 10 дней. Как только оправилась, стала собираться в обратный путь. Расставание с мамой было очень тяжелым, мать чувствовала, что умирает, и не хотела отпускать дочь. Несколько раз, не в силах слышать крики матери, Мария возвращалась и снова прощалась, уходила. Это, наверное, самое тягостное ее воспоминание.
И снова отражение танковых атак, искалеченные, изуродованные тела недавно еще таких живых и веселых парней… «Выносила на себе раненых, оказывала первую помощь», — просто говорит об этом Мария Петровна. За один из тяжелых боев она получила наиболее уважаемую казаками награду – медаль «За отвагу».
Можно еще долго описывать бои, окружения, походы, наступления и прорывы. Но, мне кажется, это отдельная, слишком глубокая тема, и в два слова никак не уложиться.
Личная жизнь Марии Петровны сложилась необычно. Маленькая хрупкая девушка, она всегда снизу вверх с обожанием и любовью смотрела на капитана Белого, командира противотанковой батареи, Героя Советского Союза. Она спасала его раненого, была рядом с ним в самые тяжелые минуты, а он смотрел на нее как на дитя. Кончилась война. С.Е. Белый участвовал в Параде Победы. А она ждала. «Ничего не вышло, и я уехала домой», — не вдаваясь в подробности, объяснила Мария Петровна.
Спиридон … (Ефимович?) сам ее разыскал, прислал письмо с предложением провести совместный отпуск. «Не знала, что и думать, ни на что не надеялась, но все равно поехала, успокаивая себя тем, что увижу снова фронтовых друзей, и прежде всего комбата, который относился ко мне как отец. Часть стояла в Морозовской, туда и добиралась без денег, без припасов. Спасибо, добрых людей тогда много было. Помогли, доехала».
Подвез до части генерал Лев, он же на разводе и подначил Белого, что, мол, жену ему привез. С этого все и началось.
Свои послевоенные впечатления Белая выразила очень просто и коротко: «Неожиданно быстро пошло восстановление разрушенного, улучшение жизни, а самое главное, как-то сразу к людям вернулось чувство радости, удовольствия от жизни. Уже через несколько лет после окончания войны она воспринималась как дурной сон, что-то нереальное». О своей дальнейшей жизни Мария Петровна тоже не захотела сильно распространяться: «Жили небогато. Муж служил до 56-го года, а затем вышел на пенсию. Я работала в магазине. Семья была очень дружная, было очень много друзей. Часто устраивали сборы, ездили друг к другу в гости по всей стране. Счастливое было время, а сейчас даже просто жить страшно. Муж умер почти год назад, страну развалили, теперь многие из боевых друзей живут «за границей»… И вообще ничего в этой теперешней жизни непонятно», — вздыхает Мария Петровна. Она так выражает свое понимание происходящих перемен: «Мы, наше поколение, жили для всех. А теперь каждый живет только для себя». Мне кажется, что она права.
Так она теперь и живет, маленькая женщина, оставившая за своими плечами такую трудную и громадную жизнь. Ее окно в мир – старенький черно-белый телевизор, с грехом пополам показывающий центральные программы. Она привыкла жить жизнью своей страны и переживать за всех. Долго плакала, когда убили Влада Листьева. Согревают ее мысли о друзьях. Мало их осталось, но сколько бы ни было, все свои, родные. В Азове 24 апреля собираются встретиться ветераны 5-го Донского казачьего кавкорпуса. Мария Петровна готовится к встрече, ждет ее с нетерпением.
А еще она радушная хозяйка и готовит прекрасные пельмени. Есть в ней что-то такое доброе от всех бабушек на свете. Что-то такое, что все мы неудержимо теряем. Я вот иногда думаю, какие будут бабушки нашего, молодого поколения? Неужели…