Сегодня: 30 сентября 1458, Четверг

Спрутом, не иначе, можно назвать, негласную «корпорацию частных лиц», объявшую город Новочеркасск своими щупальцами. Если цепкие щупальца спрута наметили себе цель, то выпутаться практически невозможно. На его территории все продается и всё покупается.

Один из персонажей нашей истории — Черенкова Г.И., бывший руководитель финансовой пирамиды «Инвестор-98» и главная фигурантка соответствующего уголовного дела, всем своим существом словно демонстрирует — «я вовсе не проиграла и все еще на свободе. И знаете почему? Потому что те, кто управляет и решает — они со мной… Все на моей стороне. Потому что все заодно. Весь мир… Мы — те, кто приказывает. Те, кто стоит над всем. В конечном счете, и над теми законами со всеми их статьями, которые вы так рьяно защищаете».8,5-Микитинский-Р.А.

Нечистоплотные чиновники и сотрудники силовых структур, сросшиеся с крупными преступниками – мы держимся вместе. Мы и есть власть. И, в конце концов, мы закончим свою игру, когда захотим, потому что мы сами пишем правила для нее…

Согласно словарю Даля, спрут — сказочное исполинское морское животное, род полипа, каракатицы, всплывающий целым островом и пожирающий целые корабли; ныне принято за родовое название сепий, каракатиц, осьминогов. Родовое название. Возможно, именно ощущение родства сблизило Черенкову, создавшую финансового спрута на территории Ростовской области и Краснодарского края, с силовым спрутом местной «корпорации властных лиц», кажется, окончательно узурпировавшей власть и закон в нашем небольшом городе.

Справка по уголовному делу «Инвестор-98»

Возбуждено 16 июля 2008 года.

Передано в Новочеркасский суд 30 декабря 2011 года. Судья Стешенко А.А. Гособвинитель Корсунова Ю.В.

Все материально ответственные лица выведены из дела, за исключением председателя и директора кооператива.

Самый доходный филиал г. Сочи выделен в отдельное производство, процесс по нему закончен.

Из 250 предполагаемых заемщиков в деле осталось — 2 человека (Осипенко Ю.В., Примак Л.А.).

Касса кооператива — основное вещественное доказательство — не исследована до сей поры, так как против выступили гособвинитель Корсунова Ю.В. и подсудимая Черенкова Г.И.

Один из подсудимых – Геращенко П.П. – скончался.

Подсудимый Кузенко В.Б. выведен из дела в связи со сфабрикованным, по мнению участников процесса, заключением о психическом заболевании.

Главный фигурант уголовного дела, директор кооператива и всех его филиалов – находится под фиктивным, по мнению участников процесса, домашним арестом с целью ухода от реального наказания.

Судебный процесс переведен в закрытый режим по надуманным, по мнению участников данного процесса, причинам для того, чтобы исключить гласность.

Текущая ситуация по делу

Как известно, потребительский кооператив «Инвестор-98», оказавшийся классической финансовой пирамидой, развалился в 2008 году. Кооператив перестал рассчитываться с пайщиками, а следователи, возбудившие против руководства «Инвестор-98» уголовные дела, предположили, что деньги пайщиков были выведены и похищены.

После обрушения пирамиды кооператива возбуждено уголовное дело в отношении руководителей кооператива — Федорцова А.В., Комаровой Е.В., а также других неустановленных лиц из числа руководителей ПК «ПС «Инвестор-98» и его филиалов. Согласно признательному заявлению Федорцова, из числа организаторов кооператива к ответственности были привлечены только двое. Это он, как руководитель представительного органа управления,  и его гражданская жена Черенкова Галина, которая единолично руководила исполнительным органом кооператива, подбирала и формировала коллектив, директоров, бухгалтеров, специалистов как в г. Новочеркасске, так и по филиалам.

Есть основания полагать, что организаторы этого преступления оперировали большими суммами денежных средств, которые могли быть использованы в том числе, как коррупционный инструмент – для подкупа, взяток, давления на свидетелей, следствие, прокуратуру, суд и т.д. Происходило ли это в действительности – доподлинно неизвестно, пока, по крайней мере. Однако из первоначального списка исчезла часть обвиняемых – материально ответственных лиц, лиц, принимавших решения, – при этом в него вместо них по каким-то причинам попали никак не связанные с кооперативом лица.

Де-факто остались на свободе и некоторые другие подозреваемые – в частности, руководитель филиала «Инвестора-98» в Октябрьском районе Комарова, близкая подруга Черенковой, не просто выведена из уголовного дела, но даже не является свидетелем. Вероятно, слишком много знает, и тем, кто пытается скрыть реальную картину, невыгодно ее участие.

Целостность уголовного дела была нарушена на этапе предварительного следствия, так как богатейший Сочинский филиал кооператива был выделен в самостоятельное уголовное дело, при этом директор филиала Милькис был осужден и, возможно, уже отбыл срок. Ни деньги, ни имущество вкладчикам не возвращены.

За все время в основном уголовном процессе в городе Новочеркасске стороной обвинения было опрошено около 5500 потерпевших из более чем 10 000 человек.

Из всего списка потерпевших (10 000) около 2000 человек не получили процессуального статуса и не относятся к участникам процесса. Сторона гособвинения закончила представлять свои доказательства спустя 4 года 2 месяца, опросов половину потерпевших, менее трети свидетелей, фактически отказавшись исследовать основные материалы дела. Один из обвиняемых – Геращенко скончался. Гособвинитель Корсунова, по свидетельствам участников процесса, цинично смеялась на очередной мере пресечения этого умирающего человека. Зато вполне себе здоровый по виду обвиняемый Кузенко был выведен из дела по справке о шизо-аффективном расстройстве. Черенкова – директор кооператива и всех его филиалов, главная фигурантка уголовного дела – находится под «фиктивным», по мнению участников процесса, домашним арестом. 26.02.2016 года процесс был переведен в закрытый режим по «надуманным» основаниям, что является серьезным нарушением права на защиту и справедливое судебное разбирательство.

Пациент полезного действия

Есть один фигурант в получившем скандальную известность уголовном деле «Инвестор-98», оказавшийся буквально баловнем судьбы, а точнее новочеркасского правосудия. Речь идет о Владимире Кузенко, бывшем до определенного момента техническим директором в компании «Церс», производившей энергосберегающее оборудование. Который, после того, как прежний генеральный директор и владелец предприятия Юрий Осипенко, предположительно, став жертвой сговора своего ближайшего окружения, был арестован, помог рейдерам завладеть активами компании «Церс», а затем возглавил новое предприятие.

Так, Кузенко возглавил совет директоров свежеиспеченной светотехнической компании «Интессо», выпускающей продукцию, имеющую удивительное сходство с продукцией атакованной компании «Церс». При этом, похоже, в деле «Инвестор-98» совпали интересы захватчиков и лиц, желающих переложить уголовную ответственность руководителей кооператива на кого-то иного. В сложившуюся конфигурацию интересов «удачно» вписалась фигура успешного предпринимателя Осипенко, на которого оказалось возможным повесить виртуальные, существующие лишь на бумаге займы. Тут вам и яркая «вывеска», и отвлекающая от реальной схема. При этом, тогда же заодно с Осипенко привлекли и его младшего компаньона Кузенко, оказавшегося в итоге, как показала практика, менее принципиальным и более сговорчивым, за что последний и был «амнистирован» невидимым заказчиком уголовного преследования, несмотря на то, что изначально к Кузенко предъявлялись претензии аналогичные Осипенко.

Кстати, напомним, экс-председатель кооператива «Инвестор-98» Федорцов в прошлом году сделал признательное заявление, где указал, что реальных займов ни Кузенко, ни Осипенко в кооперативе не получали. Речь шла о безденежных, виртуальных и даже заочных оборотах, проводимых только по бухгалтерии без реальных денежных средств, для того, чтобы иметь возможность платить проценты старым пайщикам из поступлений от новых пайщиков, что и привело кооператив к превращению в финансовую пирамиду.

Впрочем, мы сегодня говорим не о том, виновен ли Кузенко, а о замечаниях совсем иного характера. Проходя подсудимым по данному делу, Кузенко, в противовес Осипенко, все время находился под подпиской о невыезде. А дальше и вовсе была реализована любопытная схема, благодаря которой подсудимый Кузенко, кажется, оказался близок к тому, чтобы псевдо-законным путем и вовсе уйти от уголовного преследования… Кузенко вдруг… захворал психически и, как полагается классическому дурачку из русских сказок, оказался в итоге самым умным. А получивший уже сомнительную славу судья Стешенко вывел его из дела, выделив в отдельное производство, которое тут же было приостановлено, причем такое ощущение, что заведомо без перспективы возобновления.

Событие это, как и многое другое в деле «Инвестор-98», произошло под покровом тайны. Так судебное заседание от 5 ноября 2014 года было перенесено на 14 ноября, о чем было сделано сообщение на сайте суда, только вот уже после того, как заседание завершилось и все решения были приняты. Таким образом, потерпевшие не узнали, а, впрочем, исходя из логики событий, и не должны были узнать о заседании, где принималось такое щекотливое решение. Похоже, судья Стешенко воспринимает потерпевших как помеху своей модели правосудия, вот и решил скрыть от них информацию о важном движении по делу, чем и нарушил их права. Ведь если исходить из требования статьи 389 ч.2 УПК РФ, потерпевшие фактически были лишены судом своего права обжаловать вынесенное постановление.

В основу своего решения о выделении в отдельное производство и приостановлении производства по уголовному делу в отношении Кузенко судья Стешенко положил предоставленное адвокатом Сопьяненко В.В. медицинское заключение Аксайского филиала ГБУ РО «Психоневрологического диспансера», № 2476 от 11.11.2014 г. за подписью начальника А.Б. Саакова. Данный документ вызвал у потерпевших и других участников процесса сомнения в его легитимности и в том, что с Кузенко действительно приключилось психическое расстройство. Зато судья Стешенко, по мнению участников процесса, все знал и организовал заранее, при этом сыграв в самом процессе слабенький спектакль.

Вызывает сомнения и орган и должностное лицо, выдавшие это медицинское заключение, а именно Аксайский филиал государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Психоневрологический диспансер», находящийся в поселке Ковалевка, в лице начальника данного филиала Саакова А.Б. Поскольку в судебном заседании 28 октября 2014 года был допрошен заведующий отделением № 2 ГБУ РО «Психоневрологический диспансер» врач Андреев А.С., указавший, что Кузенко В.Б. лечится и обследуется в отделении, которое находится по улице Гайдара 1-а в г. Ростове-на-Дону. Обратите внимание, что это совсем другое медицинское учреждение, не то, что выдаёт в итоге справку Кузенко В.Б. Судью Стешенко и гособвинителя Корсунову также не смутило и то, что они (все также «работая в паре») уже сталкивались в процессе «гаишников» с подобной схемой вывода обвиняемого из под уголовного преследования, где были задействованы все те же «актеры». Только вот там все оказалось не так просто, как в случае с Кузенко, и уже через месяц судебно-психиатрической экспертизой, инициированной честными сотрудниками силовых структур, было установлено, что обвиняемый… вполне здоров: «психическим расстройством не страдает; может осознавать общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается».

К сожалению, в отличие от той истории, в данном деле проверка вывода из дела Кузенко силовыми структурами не инициирована, по крайней мере, пока, экспертиза не проведена, хотя весьма вероятно, что это могло бы вывести «спрута» на чистую воду.

Действительно объективно определить реальное состояние Кузенко может только психиатрическая экспертиза (причем, с учетом резонанса по данному делу, проведенная специалистами ГНУ имени Сербского), а никак не нацарапанная с нарушением требований российского закона «на коленке» справка.

Также на сомнительность представленной в суд «бумажки» указывает и то, что кроме руководителя ее должны были подписать и снабдить своими личными печатями врачи-специалисты, участвующие в вынесении сего медицинского заключения, либо члены и руководители врачебной комиссии. Однако и этого сделано не было.

Судья, безусловно, не может и не должен определять на глазок, болен ли подсудимый и насколько он вменяем. Однако определить, насколько документы, представленные в суд, соответствуют требованиям закона, судья обязан. В шизо-аффективное расстройство Кузенко поверил не только прославленный судья Стешенко. Гособвинитель Юлия Корсунова, ранее не поверившая умирающему человеку, тут вдруг стала очень доверчивой, заявив, что «ходатайство о приостановлении уголовного дела и выделении в отдельное производство подлежит удовлетворению, поскольку в распоряжении суда имеется медицинское заключение о наличии у Кузенко В.Б. тяжелого заболевания, носящего временный характер». При этом гособвинитель категорически возражала против проведения экспертизы, о необходимости которой весьма обоснованно заявили другие участники процесса!

Словно птица в небесах

После приостановки своего уголовного дела, Кузенко, по свидетельству очевидцев, спокойно вернулся к работе и зажил припеваючи, мгновенно избавившись от коварного недуга. Получая заработную плату и отчисляя символические суммы по исполнительному листу в счет погашения задолженности перед кооперативом. Правда, почему-то он не платит налоги. Нехорошо. Должен беспокойно спать. Хотя, возможно, человеку с такими покровителями платить налоги и не обязательно. В собственности у Кузенко несколько дорогих автомобилей: БМВ 520, БМВ Х5, Субару Легаси и мотоцикл Сузуки. Все это, как и полагается признанному новочеркасским судом успешному «пациенту» психоневрологического диспансера, — в хорошей комплектации. Разъезжая на этих транспортных средствах, привилегированный «пациент» Кузенко настолько уверен в своей «полезности», что не стесняется даже нарушать ПДД. Так, например, 29.10.15г. в 9:21 он, передвигаясь по Ростовской области на а/м Субару Легаси г/н А888ТР61, превысил скорость более чем на 20 км/ч, получив за это штраф 500 руб. Не далее, как на следующий день в то же время он повторяет этот же «трюк». Аналогичные случаи имеют место в 2014, 2015 и 2016 годах, что, впрочем, по вполне понятным причинам, «не замечают» ни прокурор Новочеркасска Косинов А.А., ни председатель новочеркасского суда — Чернова И.Б. То есть, наш «пациент» свободен, словно птица в небесах. А ведь в судебном заседании врач Андреев утверждал, что в состоянии шизо-аффективного расстройства Кузенко испытывает панику и манию преследования, падает на колени, получает команды из телевизора, не отдает отчет своим действиям, а значит покидать лечебное учреждение и тем более водить машину никак не может. Тем более странно, что Кузенко, демонстрируя уникальную гибкость, умудряется все это совмещать со стационарным лечением во 2-м отделении Ростовского психоневрологического диспансера, откуда, кстати, исправно приходят подтверждающие его недееспособность справки.

Вне зоны доступа

Оставляя вне судебного и медицинского контроля Кузенко, Новочеркасские суд и прокуратура, возможно, оставляют этому особенному фигуранту и возможность скрыться от суда в любое удобное для него время. Что будет делать такой хитроумный «пациент», если почувствует, что его разоблачили? Тем более, что в практике Новочеркасского суда уже были подобные прецеденты, когда обвиняемые просто не являлись на приговор. Речь идет о беглом прокуроре Новочеркасска Пешкове З.Е. Бывший прокурор Пешков был осужден Новочеркасским судом за свою преступную деятельность сроком на 9 лет. Однако, как стало известно из информации, опубликованной на сайте Следственного комитета РФ, наказание он не отбывает, так как на оглашение приговора не явился, а Новочеркасский суд его под стражей не содержал. Более того, по слухам, бывший прокурор Пешков был заранее предупрежден о том, каким и когда будет приговор. По иронии судьбы, именно беглый прокурор Пешков в свое время поддерживал обвинение от имени прокуратуры Ростовской области в судах при продлении предпринимателю Осипенко срока содержания под стражей. Все сплелось, одним словом – «спрут».

А был ли «мальчик»?

Потерпевшая по делу «Инвестора–98» Марина Калуженко неоднократно направляла заявления председателю Новочеркасского городского суда Черновой, где просила ознакомить с материалами выделенного в отношении Кузенко дела.

– Я направляла запрос в суд с просьбой предоставить постановление суда от 14.11.14 года, которым выделено и приостановлено дело в отношении Кузенко, для написания кассационной жалобы, в связи с нарушением прав, но ответа не было. По поводу Кузенко вообще никаких ответов не было. Вот по поводу Кузенко я лично подошла к гособвинителю после судебного заседания, и она вообще проигнорировала мой вопрос, развернулась и ушла. Я считаю, что этого дела не существует, его просто нет, – сетует потерпевшая.

Когда, наконец, судья Стешенко всё же согласился показать ей выделенное в отдельное производство дело, женщина была неприятно разочарована:

– Я спросила, это фикция? Он дал мне очень тоненькую папочку, в которой было несколько протоколов, постановление суда и справка о том, что Кузенко страдает шизофреническим расстройством. Я спросила, где экспертиза, подтверждающая его болезнь, Стешенко ответил, что у него такой нет. В этой тоненькой папочке нет ни бухучетов, нет документов. Нет ничего, что касается самого дела «Инвестора-98».

Ничего личного, только бизнес

Нельзя не отметить, что в этой истории все не так просто, как кажется. Напомним, что Кузенко являлся младшим партнёром Юрия Осипенко, того самого, который 6 лет находится под арестом. До ареста бизнес Осипенко в компании «Церс» процветал. Осипенко занимался инновациями и тем самым импортозамещением, о котором теперь так много разговоров. Кузенко всегда был рядом и всему у Осипенко научился. Еще ближе был к Юрию Осипенко Яков Цымбер, начальник службы безопасности предпринимателя и его «верный друг». После ареста Юрия Осипенко, как мы уже писали ранее, его бизнес был захвачен. Говорят, именно после этого дела Кузенко «пошли в гору» и он возглавил вновь созданную компанию, которая, по сути, стала клоном компании «Церс». Странным образом, Цымбер оказывается хорошим приятелем судьи Стешенко, что не может не вызывать вопросов, так как Осипенко до сих пор является обладателем ряда патентов, которые, как говорят, использует компания, во благо которой трудится полезный «пациент» Кузенко. Сам Цымбер, традиционно оставаясь в тени, стал учредителем новой компании через своего сына Артема. Напомним, Осипенко и ныне находится под арестом, вопреки мнению правозащитников и общественности.

Остается вопрос, почему вышестоящие правоохранительные структуры не обращают никакого внимания на такие очевидные схемы «решения вопросов»? Почему не сопоставят очевидные факты? Элементарно, почему не запросят штрафы Кузенко, не сопоставят их с «липовыми» справками из медицинского учреждения, в которых черным по белому написано, что Кузенко находится на стационарном лечении, а значит, покидать больницу не может! Или у психоневрологического диспансера в офисе компании «Интессо» выездной кабинет? Или, быть может, в салоне автомобиля Кузенко на водительском сидении? Вновь отметим, что отвечают за возврат в дело Кузенко председатель новочеркасского суда Чернова и прокурор Новочеркасска Косинов.

По словам одного юриста, некоего Микитинского, сопровождавшего дело «Инвестора-98» на разных этапах, помогая то Черенковой, то ряду иных заинтересованных лиц, вывести из дела Кузенко стоило 3 млн. руб. (имеется аудиозапись этой занимательной беседы). Так и просится комментарий: «Можно посмотреть весь прайс?». Сей «юрист» вообще рассказал много интересного о схемах и решении вопросов, практикуемых как в Новочеркасском суде, так и в Ростовском областном суде (аудиозапись разговора также имеется). А тем временем, Кузенко, не ограниченный даже подпиской о невыезде, спокойно дожидается истечения срока давности по предъявленному обвинению для освобождения от уголовной ответственности без всякого суда.

 

Черенкова рулит

Об экс-директоре «Инвестора-98» Галине Черенковой, сказано и написано уже много. Женщина, фактически вдохнувшая в организацию дух финансовой пирамиды, практически каждым потерпевшим называется как лицо, виновное в исчезновении их денег. На стадии крушения кооператива именно она уверяла, что проблемы, существующие в кооперативе, «вполне решаемые». Именно она в июле 2008 года «подала заявление в арбитражный суд о признании ПК «ПС «Инвестор-98» банкротом…».

Эта та самая Черенкова, которая вместе с Федорцовым отправила деньги пайщиков в сочинский филиал кооператива, якобы для реализации крупных проектов. Однако значительная часть денег пайщиков там и была выведена из оборота кооператива, не без участия племянника Галины Черенковой – Станислава Черенкова и его друга Ширина. Эти два предприимчивых пацанчика, несмотря на фактическое хищение денежных средств в сумме порядка 450 млн. руб., прошли по делу простыми свидетелями. И устно сказали на предварительном следствии, что деньги отдали директору филиала Милькису. Вот честное пионерское! А следователь? Разве мог он не поверить таким «шикарным» пацанам? Честное пионерское против кассовых документов. Как вы думаете, чему поверили следователь прокуратура и суд? Конечно, честному пионерскому и … вероятно, «билетам» Центробанка. Итог – директор сочинского филиала Милькис получил 5 лет лишения свободы, а племянник Черенков, вероятно, 450 млн. руб. за минусом …  неважно какой там был минус, ведь все равно, как заявила его тетя Черенкова, денег хватит всем Черенковым на несколько поколений. А «посидеть» придётся тем, у кого их нет.

Вообще, Черенкова,как показала практика, сразу нашла «правильный» подход к следствию, активно участвовала в «расследовании» и регулярно в чем-нибудь «сознавалась», после чего в деле вместо реальных лиц ответственных за деятельность кооператива появлялись виртуальные, а ответственность самой Черенковой неизменно снижалась.

В итоге Черенкова как во время следствия, так и судебного процесса успела сделать много разных противоречивых заявлений о своей роли в кредитном кооперативе. Так 8 сентября 2009 года, еще на стадии следствия, Черенкова «свою вину не признала», 9 февраля 2012 года уже в суде, экс-директор Черенкова также «не признавала вину ни по одному из эпизодов», вменяемых ей. 3 апреля 2015 года Черенкова, напротив, признала свою вину в полном объеме, а уже 25 декабря 2015 году Черенкова вновь изменила позицию, признав себя виновной в хищении и растрате с использованием служебного положения, лишь частично — в мошенничестве, а вот в превышении должностных полномочий она себя виновной вовсе больше не считает. Получается, что она осуществляла хищение средств пайщиков в рамках своих полномочий. И все это время прокуратура поддерживает Черенкову, оберегая ее привилегированные условия содержания под «домашним арестом».

Отметим интересный факт: подсудимой Черенковой, единственной из всех проходящих по данному дел, не вменяют ст. 33, которая есть у всех остальных. То есть следствие сочло, что генеральный директор не входил в так называемую организованную преступную группу. О чем может говорить эта деталь? О том, что по логике обвинения получается, что Черенкова и вину как-то, но все же признает, и материально ответственным лицом является, но ущерб пайщикам возмещать не станет. Не по делу проходит, а «мимо».

 

Концы в воду

Странным образом из дела кооператива были выведены все материально ответственные лица, многие из которых не проходят по делу даже в качестве свидетелей. Кое-кто из них даже утонул при странных обстоятельствах. При этом утверждать, что Черенкова сама провернула всю эту схему, вряд ли возможно. С момента возбуждения уголовного дела интересы Черенковой активно лоббируются, по нашему мнению, сначала следствием, а после — судом и прокуратурой. Все ходатайства Черенковой удовлетворяются, она всегда заранее осведомлена о том, что должно произойти, а содержание ее под домашним арестом – чистая формальность.

— Все жалобы и ходатайства, которые пострадавшие пайщики посылали в новочеркаский суд, затем в областной суд и различные инстанции, были проигнорированы, либо ответы на них стали формальными отписками, – жалуется потерпевшая Марина Калуженко. — На судебных заседаниях гособвинитель Корсунова явно на стороне Черенковой, это невооруженным взглядом видно, как она себя вела. И мои вопросы, которые я задавала непосредственно Стешенко, она комментировала так: «Ищите ответы на все свои вопросы в интернете». Права потерпевших она вообще не отстаивает, и явно видно, что она на стороне подсудимой.

По словам Калуженко, особенно раздражают государственного обвинителя неудобные вопросы, выставляющие Черенкову в неприглядном свете: «Где деньги, которые перечислялись в Сочи? Почему там все было выведено в отдельное судопроизводство и дело закрыто, почему?». Я много вопросов задавала на суде, и эти конкретно разозлили гособвинителя Корсунову, особенно когда я спросила, где же племянник Черенковой, которому тоже перечислялись большие средства? Где друг племянника?».

Калуженко полагает, что, хотя следствие и «поверило им на слово», деньги в Сочинский филиал кооператива племенник Черенковой с другом так и не вернули, и на эти средства они и их покровители сегодня живут. Речь идет о сумме в несколько сотен миллионов.

Как, по-вашему, такой суммы хватило бы, чтобы заручиться лояльностью, например, нечистоплотного судьи или прокурора?

— Я сидела возле кабинета № 42, и пришла Черенкова перед заседанием. Она заходит туда, как свой человек! Она чуть ли не ногой открывает дверь! Они чуть ли не целуются! Её встречают с улыбкой, в общем, это всё видно даже невооруженным глазом, как человек себя ведет и как она даже заходит в приемную, – возмущена потерпевшая Калуженко.

А вот что думают некоторые осведомленные сотрудники правоохранительных органов Новочеркасска:

— Думаю, что это не она (прим. ред. – Черенкова) эти деньги и сперла. Это просто подставное лицо. Кто б ей позволил столько денег украсть, я вас умоляю! Это все подставные лица. И кто на самом деле украл столько денег, никто никогда из них не узнает, потому что они их не выдадут, все документы подписывали они, и куда ушли эти деньги, никому известно не будет. Потому что Черенкова, какая бы она ни была, но жить ей не надоело. Поэтому никогда она этих людей не выдаст и не скажет, и забыла, наверное, как их зовут. А может, и вообще не знала их». (Младший лейтенант Кирсанова, участковый инспектор отдела полиции № 1 МУ МВД “Новочеркасск»; мнение, высказанное в частной беседе). Ролик опубликован в Youtube: «Кто стоит за главной фигуранткой уголовного дела» (https://www.youtube.com/watch?v=nW868e0v1Q0).

Эта фраза могла бы стать эпиграфом ко всей истории с «Инвестором-98». Если такое мнение бытует в среде правоохранительных органов, дело плохо. Фактически, это признание того, что в этой среде известно много больше, чем обычным обывателям, но делиться они этой информацией не намерены.

На каких людей намекает сотрудник полиции Кирсанова? Возможно, на тех же, что и Людмила Геращенко, жена умершего в заключении Павла Геращенко:

— Я просто многое не могу говорить. Тут завязаны высокопоставленные лица. Не могу, а то придут… Много людей погибло после кооператива.

Ей вторит и потерпевшая Марина Калуженко, рассказавшая о доверительной беседе с заместителем прокурора Новочеркасска Трофимовым А.Ю., который, по ее словам, «опрашивая потерпевших, отпускает шуточки о том, как долгое уголовное дело кормит структуры и целые семьи, высказываясь, что Черенкова, оказывается, не так уж и виновна, а вот Осипенко он взял бы пистолет и застрелил. Что стоит за такой странной позицией прокурора»?

Мы действительно не знаем, кто может стоять за Черенковой. Мы не знаем даже, обо всех ли реальных заёмщиках кооператива известно следствию (а по материалам дела заемщиков 250). Поговаривают, что, когда пирамида «Инвестора-98» стала рушиться, документы некоторых реальных заёмщиков, высокопоставленных лиц и даже сотрудников правоохранительных органов были попросту уничтожены, а бухгалтерия переделана таким образом, чтобы даже упоминания о них не осталось.

 

Если нельзя, но очень хочется – то можно

Впервые мера пресечения в виде домашнего ареста была избранной Черенковой Г.И. Ленинским районным судом г. Ростова-на-Дону 10.09.2009 г. Именно с этой даты начинается отчет срока меры пресечения.

Далее, 13.01.2012 году, в первый день рассмотрения дела в суде, судья Стешенко выносит постановление, в котором указывает: «меру пресечения в виде домашнего ареста в отношении Черенковой Г.И. сохранить». Однако такая форма избрания меры пресечения вообще не предусмотрена законом. После этого судья Стешенко «забывает» направить постановление от 13.01.2012 г. контролирующему органу по месту отбывания домашнего ареста (ч. 6 ст. 107 УПК РФ). Только в 28.11. 2014 г. Черенкову ставят на контроль в ФКУ УИИ ГУФСИН РФ. То есть, 3 года Черенкова была вне судебного контроля! При этом вопреки требованиям закона судья Стешенко ни разу не продлевал ей меру пресечения в указанный период. А срок возможного наказания, тем не менее, засчитывался. Возникает вопрос, а за этой позицией судьи Стешенко что стоит? Почем такая неслыханная щедрость? По сути, Черенковой «подарили» освобождение от трех лет возможного наказания… Только скандальное ДТП Черенковой и ее дурной нрав в итоге привели к формальному (хотя бы) исправлению ситуации. Дорогого наверно стоят такие «подарки»! Нельзя не отметить и позицию гособвинителя Корсуновой, которая почему-то не обжаловала нарушения закона, допущенные судьей Стешенко, а ведь это часть ее обязанностей!

 

Домашняя зона

Однако этого показалось мало. Нужно было нечто особое. Ведь иначе как особыми, внепроцессуальными отношениями судьи Стешенко с подсудимой Черенковой не получается назвать тот факт, что он стал тайно отпускать её из-под домашнего ареста. На выходные. Например, в Ставрополь. Это в то время как второстепенные фигуранты по много лет находятся под настоящим арестом. Так с 1 по 3 декабря 2015 года, по сведениям сотрудников уголовно-исполнительной инспекции, экс-директор «Инвестора-98» под домашним арестом отсутствовала, якобы получив на это письменное разрешение судьи Стешенко, что, безусловно, крайне любопытно с точки зрения соблюдения УПК. Вопрос, каким образом ее УИИ контролировала в Ставрополе, повис в воздухе, как и прочие вопросы, касающиеся режима особого благоприятствования этой подсудимой. Несмотря на многочисленные скандалы, Черенкова, находящаяся под домашним арестом, продолжает ездить за рулем, о чем свидетельствует наличие штрафов, например, за превышение скорости. Вот ещё, пример, 23.05.2015 г в 11:45 Черенкова получила штраф за запрещенную тонировку своего «черного бумера» в размере 500 рублей. Кстати и здесь ни прокурор Новочеркасск Косинов, ни новочеркасский суд ничего не замечают… Дополнительную информацию по госпоже Черенковой можно найти в интернете. Сервис Youtube покажет и «Черенкова. ДТП. Звонок», и «Главный фигурант громкого уголовного дела сбегает из под домашнего ареста».

Что скажете?

Обобщая вышеизложенное, хочется задать вопрос. Какое следующее нарушение или преступление совершит Черенкова? Она ведь говорила, что пойдет по трупам…

Что за «спрут» стоит за главной фигуранткой уголовного дела? С чем связано такое лояльное отношении к Черенковой со стороны суда и прокуратуры?

Марина Сергеева.