Сегодня: 27 ноября 4459, Четверг

Мы уже писали о том, что региональная общественная организация Союз «Женщины Дона» начала реализовать новый проект: «Дельта-2 или Будущему нужны воспоминания, воспоминаниям нужно будущее» («ЧЛ» № 4 от 31.01.2013г.). Проект, который поддержал и финансирует Европейский Союз, — международный: партнером Союза выступает женская организация ОВЕН (Германия).

Если говорить кратко, не цитируя цели и задачи, написанные «по-умному», то суть проекта — это решение обычных жизненных проблем посредством театра. Ну, пусть не решение – хотя бы подсказка, как можно выйти из непростой ситуации.

Родоначальник необычного театра — известный бразильский педагог и театральный деятель Аугусто Боаль. Он придумал «театр угнетенных», на принципах концепции которого базируется «комьюнити театр». Непрофессиональные актеры играют актуальные для общества сцены (сами придумывают сценарий, сами ставят), исходя из своего опыта и проблем, перед такими же, как они, зрителями – жителями обычного города, поселка, села.  А зрители не просто смотрят спектакль, но могут сами принять участие в инсценировке и переиграть любую сцену так, как считают нужным.

В проектную команду «Дельты-2» (так коротко называют проект с длинным «именем»), кроме новочеркасцев, входят питерцы (инициативная группа Демократического Союза молодежи, Санкт-Петербург) и представители Чеченской республики (региональная общественная организация «Синтем»), жители  Северной Осетии – Алании (Молодежная организация «Афон») и Кабардино-Балкарии (Благотворительный Фонд «Развитие»). Обязательное условие – участники должны представлять разные поколения: и стар, и млад.

Несколько месяцев подготовительной работы, и вот уже сформированы региональные команды. Вместе с ними мы отправляемся на тренинг-семинар в Нальчик.

 

24 марта:  «ХОЧУ НАУЧИТЬСЯ РАЗУЧИТЬСЯ ДЕЛАТЬ ПЛОХИЕ ПОСТУПКИ»

 

— Там!.. Щас!.. Не знаю!.. – ответ представителя кабардино-балкарской группы на вопрос новочеркасца «Куда мы идем?».

А идем мы по Кабардино-Балкарии, только где-то уже далеко от Нальчика и просто … высоко! А поскольку здесь, в горах, взял в конце марта да и выпал снег, наш микроавтобус не осилил скользкий подъем, доехав, говорят, почти до места. И мы храбро пошли пешком, оставив в автобусе вещи, пищу, фотоаппараты. Только предусмотрительная Ксения взяла с собой лекарства, но, слава Богу, за полчаса дороги никто заболеть не успел. Зато за это самое время две группы участников семинара – хозяева из Кабардино-Балкарии и гости из Новочеркасска — успели слиться, сплотиться, насмеяться и явиться в пансионат «Приэльбрусье» единой дружной компанией.

Отдохнув, пообедав, мы встретили добравшийся, наконец, автомобиль с нашим багажом. И отправились работать — куда-то под самую крышу здания.

Здесь состоялось наше знакомство. С тренерами – Миреллой Галбиатти из Аргентины и Мариной Грассе из Германии. И, конечно же, с другими участниками семинара.

Знакомились – весело! Мирелла, ставшая для нас сразу «Миреша», взяла в руку маленький мяч, и полетел этот мячик от одного к другому, а за ним – имена: Галина, Рашана, Ирина, Давид, Ксения, Дени, Лиля, Гоша, Зарина, Вадим…

И вот уже мы хаотично движемся по залу, чтобы пожать кому-то руку и сказать при этом: «Я – Лена! Я люблю цветы и не люблю дождь». И услышать в ответ: «Я – Марина! Я люблю солнце и не люблю войну».

Участникам семинара раздали цветные карточки и попросили ответить на вопросы: а чего они ждут, с чем приехали?

 

«Что бы вы хотели вынести из этого семинара? Чему бы хотели научиться?» — спрашивают тренеры.

«Научиться: работе в команде, толерантности, основам актерского мастерства», — отвечают участники. «Увидеть нечто необычное, чего еще не было в практике работы на тренингах; подышать целебным воздухом Эльбруса», «Хочу научиться разучиться делать плохие поступки»,  «Знания, новых друзей, положительные эмоции, хорошую энергетику»…

«Что бы вы хотели, чтобы здесь не произошло?» — узнать тоже важно.

«Не хотелось бы, чтобы в группе были конфликты», — пишут «семинаристы», — «… разочарования», «… произвола», «Я хочу, чтобы на семинаре не было насилия!»

«Что бы вы хотели предложить другим? Чем бы вы хотели поделиться с другими?», — последний вопрос.

«Я бы хотел поделиться с другими счастьем и добротой, заниматься с ними чем-то добрым», «Улыбкой – этого много и не жалко, «от улыбки станет мир светлей», «Любовью к человеку»… — добрые, теплые, открытые ответы.

День закончился песней и играми. Об играх (а многие из них придумал Аугусто Боаль) Миреша сказала, что их цель – использовать язык тела, чтобы выразить свою мысль.

— А зачем мы пели песню? – спросила она нас и сама же ответила: – Чтобы почувствовать в конце рабочего дня, что мы счастливы, что мы вместе и мы можем преобразовать общество, если мы счастливы и мы – вместе.

 

25 марта: «ЭТО  НЕ  СЦЕНКИ,  А  ЖИЗНЬ!»

 

… А утром открылась «художественная мастерская»!

Художник, точнее скульптор, своим «произведением» должен был выразить свое отношение к городу или селу, откуда приехал. «Материалом» становился его партнер.

… Одна за одной появляются скульптуры. В центре зала высится «Фатима». И ничего, что ее «вылепили» из Сергея – очень убедительно. Памятники Петру Первому и атаману Платову, «Горец-борец», «Горянка с кувшином»,  «Жизнь без войны», «Казак на бочке», «Гостеприимность»… А тут что-то смешное и непонятное – современное, молодежное – примостилось на подоконнике. Героические и шутливые монументы все имеют названия. И зрители, они же скульпторы, ходят, разглядывают, оценивают. А потом, как на открытии приличной выставки, — обсуждение.

— Чувствуется понимание и уважение культуры другого народа.

— У меня – медальон с надписью из Корана, а у партнерши – крестик. Мы сразу сказали, что Бог – один.

— А «материал» подсказывал скульптору идею!

— Никому не хочется, чтобы из тебя что-нибудь лепили. Но когда видишь желание другого слепить то, что он видит, то стараешься приглушить свою гордость, помочь.

 

***

Участники сидят по периметру комнаты. И стараются поймать чей-то взгляд. Как только устанавливается зрительный контакт, меняются местами: без слов, одновременно встают со своих мест два человека, проходят через середину зала, садятся. И снова ловят чьи-то глаза. Все движутся, движутся, движутся…

Это – так называемая фаза «разогрева» участников, важная составляющая «мастерской» по форум-театру. Ее цель – установить в группе атмосферу доверия, раскрепостить и поощрить движения тела, познакомить с выразительными приемами театрального языка.

Следующее упражнение – индивидуальное. Миреша достает бутылку от минералки и предлагает представить себе, что это какой-то совсем другой предмет.

Гоша проявляет «чудеса героизма»: у него пластиковая емкость становится гранатой, и он накрывает ее собой. У Назира ситуация бытовая: бутылка – это душ. Фантазиям нет предела: мы видим в руках участников микрофон, фен, машинку для бритья и даже … ребенка!

В игру включается стул. Он тут же превращается в рюкзак у самой Миреши, в кувшин на голове у Зулихан, кто-то доит его как корову, кто-то ездит на автомобиле. Зрители хохочут над импровизацией Ксении, которая лихо перевоплощается в собаку: у нее стул – будка, бутылка – кость…

 

***

Разбившись на группы, нужно показать статичную картинку на тему «Сила и власть».

Первая картинка – про армию. Вторая – власть толпы и сила личности. «Толпа», взявшись за руки, дружно тянется в одну сторону. К ним спиной уверенно стоит девушка, у нее СВОЕ МНЕНИЕ, и вот уже один парень из «толпы» обернулся и тянется к ней…

Диктатор, принимающий решение о казни; сила материнской любви; власть (забравшаяся на «высоту», в нашем случае – на стул) и подчиненные, подвластные ей люди – все пять групп представили на суд зрителей и тренеров свои труды. При этом участникам семинара было дано право что-либо поменять в картинке, в ситуации, чтобы снизить силу власти, возвысить отдельного человека.

Забегая вперед, скажем: когда на следующий день анализировали сделанное, Миреша спросила: «Что вы вчера узнали, чему научились?». И были ответы:

— Научился любить людей…

— … слушать и слышать напарника.

— … находить выход из любой ситуации.

— Я поняла, что это не сценки, а жизнь!

 

***

А вечером, после ужина, мы смотрели документальный фильм о форум-театре в Индии. Молоденькая индианка, выйдя на сцену, храбро заявляла актеру, играющему деспота-мужчину (спектакль был о продаже невесты): «Женщина тоже имеет права!».

Обсуждали долго, расходиться не хотели.  Мирелла говорила по-испански, Саша из Питера переводила группе на русский, Людмила Олеговна с этого русского — на английский для немки Марины. Непонимания  —  не  было.

 

26 марта: «КОСНУЛСЯ  ДУШИ  —  И  ЭТО  СРАБОТАЛО!»

 

Два человека встречаются «на улице». Один из них дружелюбно протягивает другому руку, другой, точнее – другая (назовем ее «Оля») отворачивается. К «Оле» нужно найти ключик, чтобы она ответила на рукопожатие.

«Семинаристы» — в творческом поиске. Один упал на колени, другой пытается добиться взаимности … под пистолетом (!), третий предлагает два билета в Париж. «Оля» — неприступна. Но когда Давид из Осетии назвал ее звездой, попросил прощения, приложил ее руку к своему сердцу: «Послушай!», «Оля» подала ему руку.

— Я коснулся души, и это сработало! – радуется парень своему успеху.

 

Эта и другие сценки дают представление об основном принципе форум-театра.

— Аугусто Боаль, — рассказывает Миреша, — разработал методику театра угнетенных в 70-х годах прошлого века. По его словам, театр угнетенных похож на дерево. Этика и солидарность – это земля, где корни. Корни – эстетическая часть театра: звук и слово. Ствол – игровые упражнения.

Мирелла рассказала участникам семинара о разновидностях форум-театра (театра угнетенных): о театре газет, открывшемся в Бразилии; о невидимом театре – появился в Аргентине во время диктатуры, — когда в баре, в поезде и т.п. актеры играли, часто без слов, сценки, а зрители думали, что это – реальные ситуации. О театре законодательном, с помощью которого можно разработать, принять и одобрить закон. Последнее удалось самому Аугусто Боалю, когда после изгнания, падения диктаторского режима и возвращения демократии, он вернулся в Бразилию и стал даже членом парламента. Так удалось принять 3 закона, правда, после чего Боаля не избрали в парламент на новый срок.

 

***

После обеда мы будем играть в театр! Или в театре? Словом, будем играть! И всем предлагают разделиться по группам для разработки разных заданных тем. Но вначале Миреша рассказывает о драматургии фокус-театра.

Оказывается, пьеса состоит из трех частей. В первой нужно узнать героев. А здесь их, главных, непременно, два: протагонист, которому кто-то мешает совершить действие или реализовать мечту; антагонист – тот, кто мешает, препятствует протагонисту. Как правило, и первый, и второй герои представляют отдельные социальные группы. А еще есть помощники протагониста, которые помогают ему исполнить желание, и пассивные угнетатели – не активными действиями, а пассивно мешающие протагонисту.

Вторая часть называется «китайский кризис». Здесь обостряется конфликт, момент кризиса является кульминационным. Слову «кризис» в китайском языке соответствуют два различных иероглифа: первый имеет значение «катастрофа/крах», второй означает «возможность/случай». Таким образом, в моменте кризиса заложена как неудача, так и потенциал для действия и перемен. Это еще не катастрофа.

Третья часть – финал. Протагонист не может исполнить свое желание. Вот тут и должен вмешаться зритель!

 

Группы расходятся по репетиционным площадкам. Поскольку «семинаристы» выбирали тему, группы получились не региональными, и вместе прекрасно работают представители разных регионов, национальности, поколений…

 

В результате на суд зрителей создатели представляют фото-сценки: актеры замирают в одном из моментов действия. Миреша дает им возможность заговорить, и мы знакомимся с мыслями героев сценки «Университет» — про коррупцию в вузе:

Студентка: — Я сама выучу!

Студент: — Дай деньги преподавателю, все равно сама не сдашь.

Подруга студентки: — Он без денег не примет. Даже если мы пойдем к ректору, все равно отчислят.

Преподаватель: — Приму еще пару зачетов у 20-ти студентов, так можно с семьей на экскурсию на Эльбрус поехать. А там еще летняя сессия…

 

Вторая сценка – «Семья». Семья, в которой горе – папа пьет.

Третья – «Поколения». Четыре юнца-молодца примостились с пивом и сигаретами на лавочке. Мимо проходящая старушка тщетно просит уступить ей место.

Еще две фото-сценки предстают перед глазами зрителей – «Гендер» и «Волонтеры».

— Мы увидели пять зародышей, — подводит итог Миреша. – Эмбрион – так это называется в форум-театре. Будем теперь с ними работать.

— Эх, жалко, костюмов нет! – вздыхает кто-то.

— Есть шапка и куртка моя, можете пользоваться, — великодушно разрешает Давид. Завтра отец-пьяница, получивший имя «Вовчик», предстанет перед нами в костюме с плеча Давида.

Елена Надтока.