Сегодня: 28 ноября 2045, Вторник

УЛОВки и поКЛЁВки

«Не ходите, девки, замуж –
После будете жалеть!»
(Народная песня).

Просто удивительно, как городская администрация идет на необдуманные, опасные, не шибко умные шаги! Одним словом, заглатывает крючок, за который ее тянем-потянем – да на бережок вытащим. На всеобщее подозрение. А тут уже, крутись — не крутись, а все перышки, плавники да зубы видно. Дивится народ на чудо-рыбу, глаза пучащую, рот раскрывающую. Ей бы хвостом махнуть да в мутную воду обратно… Ан, нет: команда была – вперед, до победы.
А победы не вышло – не получилось полной виктории. Судебным языком это называется: исковые требования удовлетворить частично, а то и вообще в них отказать. А если даже в отдельных моментах суд обязал нас, газетчиков, опубликовать опровержение некоторых фактов, то за месяцы судебных тяжб мы узнали такое и столько! И все это из официальных документов, представленных в суд, и из показаний свидетелей. Так что иски администрации журналистам на руку: благодаря им многие материалы становятся достоянием гласности.
Это – первый плюс судебных дел из цикла «Администрация против «Частной лавочки».
Второй плюс – то, что на эти судебные заседания постоянно ходят жители города: смотрят своими глазами, слышат своими ушами, делают свои выводы. При этом все зрители – на нашей стороне. В поддержку администрации народ в суд почему-то не ходит. И, честно говоря, мы не завидуем представителям мэра и мэрии — они остаются в полном одиночестве: судья, понятно, держит нейтралитет; мы – ответчики, т.е. противная сторона; зал с трудом сдерживает отрицательные эмоции в мэрову сторону. А бывает, что и не сдерживает: нам не раз аплодировали, монологи же администрации комментировали так, что судьи обещали удалить комментаторов из зала (чего, правда, сделать не решились). И у юристов мэрии сдают нервы – какая уж тут культура общения! На одном из заседаний по иску к нам мэра А.П. Волкова состоялся такой диалог:
Представитель мэра Л.Н. Бурлуцкая (выступая в прениях, обращается к залу, гневно):
— Прекратите бубнить, надоели!
Голос из зала (задушевный и искренний):
— А уж вы нам как надоели!..
К слову, это был самый интересный судебный процесс, и мы к нему еще не раз вернемся.
Пока же мы хотим поделиться некоторой информацией, полученной (выуженной!) благодаря любви мэрии к войне с прессой.

КАК МЭР К ПРОКУРОРУ НЕ ХОДИЛ
Один из соответчиков по иску Волкова о защите чести, достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда – атаман Международного Союза общественных объединений «Всевеликое Войско Донское» Н.И. Козицын. Вместе с начальником политуправления Войска В.П. Филоновым Николай Иванович честно лично ходит на все заседания в суд, как и является по вызову в прокуратуру. В прокуратуру его вызывают также в связи с заявлениями Волкова: тот пишет, что казаки Козицына и сам атаман разжигают межнациональную рознь. В общем, пишет Волков на Козицына. Но раз случилось, что Козицын на Волкова написал.
Дело было в декабре прошлого года, когда администрация воевала с казаками за здание на ул. Московской, 70. Крови, слава богу, не пролилось, но в прокуратуре хранится материал проверки № 1-29Пр-07, которая была проведена по заявлениям В.П. Филонова и начальника штаба Войска А.Ф. Кремнева. Они писали, что в правление поступают телефонные звонки следующего содержания: «… нам стало известно, что мэр ведет переговоры с бандитскими формированиями о подыскании киллера для убийства Козицына». Прокуратуре предстояло проверить, провокация это или… Для установления истины следователь по особо важным делам О.П. Гайворонский посчитал необходимым запросить на ГТС список входящих телефонных звонков и опросить мэра города Волкова.
Дальше – только документы.
Рапорт О.П. Гайворонского прокурору г. Новочеркасска Н.Г. Радюкину:
«… с целью вызова в прокуратуру Волкова А.П. <…> мною был осуществлен телефонный звонок в приемную мэра Волкова А.П. по тел. 2-33-13. Секретарь пояснила, что необходимо обратиться к заместителю по правовым вопросам Бурлуцкой Л.Н. Явившись в прокуратуру, Бурлуцкая Л.Н. сообщила, что Волков А.П. в прокуратуру не явится (здесь и дальше выделено «ЧЛ»), в связи с чем мною было предложено написать собственноручно объяснение Волковым А.П. по существу поступившего заявления Кремнева А.Ф. и Филонова В.П. Бурлуцкая Л.Н. сказала, что сообщит об этом Волкову А.П.
Сегодня, 19.01.2007 г. в телефонном разговоре Бурлуцкая Л.Н. сообщила мне, что Волков А.П. отказался давать какие-либо объяснения и в прокуратуру не явится».
Телефонограмма из прокуратуры в администрацию города:
«Мэру Волкову А.П. необходимо явиться в прокуратуру к следователю Гайворонскому 19.01.2007 г. в 15.00 в кабинет № 6».
Рапорт О.П. Гайворонского зам. прокурора А.В. Богатову:
«… опросить мэра Волкова А.П. не представилось возможным в связи с его неявкой по телефонограмме от 19.01.07».
Мэр до прокуратуры не снизошел, а начальник ГТС на запрос о звонках не ответил. В результате следователь Гайворонский вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела «за отсутствием события преступления» с потрясающим обоснованием: «… ответ по звонкам не получен, … мэр не опрошен». Словом, не убили пока – и спите спокойно. А как грохнут (событие преступления), вы к нам, пожалуйста – с заявленицем.
Впрочем, прокуратуру мы можем только искренне пожалеть – с таким контингентом работать: матерые рецидивисты гораздо более закон уважают. Правда, большие люди – тоже: в США даже президент к прокурору сходить не гнушается. Да и в России министры хаживали. Для них закон один. А для маленьких мэров маленьких российских городов – другой. На который можно и плюнуть.

ЗАЛОМИТЬ РУКИ И С АУКЦИОНА — ПРОЧЬ!
Одна из фраз, обидевшая мэра в интервью «ЧЛ» Н.И. Козицына, касалась проведения в Новочеркасске аукционов по продаже муниципальной недвижимости: «… аукцион был сорван намеренно… В результате лот был выставлен на публичное предложение, а в нашем городе это означает, что никто кроме намеченного клиента его приобрести не сможет».
Забегая вперед, скажем, что суд отказал истцу в опровержении этих сведений. Но мы, в свою очередь, подстраховались: привели свидетелей, которые пытались приобрести недвижимость на аукционе или путем публичного предложения.
Первая история произошла с помещением магазина «Дима». Его хотел приобрести предприниматель М.Б. Соловьев. Вот его показания, данные суду:
— Я пытался участвовать в аукционе. Я прочитал, что продается помещение на ул. Московской, это бывший магазин «Дима». Я обратился к Емяшеву, чтобы он вошел в администрацию, так как он депутат. Я попросил его участвовать в аукционе. Я оформил на него доверенность у нотариуса Лобовой. Затем мне позвонил Емяшев и сказал, что его не пускают в администрацию до 9 часов. Когда Емяшев вошел в администрацию, сделку уже оформили с другим человеком.
Чтобы читателям все стало ясно, дадим маленький комментарий: Комитет по управлению муниципальным имуществом, куда нужно прийти с документами, находится в здании администрации, вход в которую строго по пропускам. Простые граждане идут сначала в бюро пропусков, работающее с 9.00, где оформляют разовые пропуска. А пока они теряют там время, лица, имеющие постоянные пропуска в здание (чиновники администрации, их друзья и товарищи, депутаты Думы), спокойно поднимаются в нужный им кабинет и становятся первыми. Объекты недвижимости путем публичного предложения первыми как раз и продаются. Поэтому уже опытный простой (не чиновничий) люд оформляет доверенности на лиц, имеющих возможность пройти в здание администрации раньше. Но и тут, увы, стоят рогатки и препоны. Как, к примеру, можно пропустить депутата Емяшева – вечного нарушителя спокойствия мэра в Думе последнего созыва?
Показания в суде В.И. Емяшева:
— Ко мне обратился Соловьев с просьбой, чтобы я подал документы на приобретение магазина «Дима». Я знал, что попасть в администрацию не просто, нужно оформить пропуск. Я согласился, так как я депутат и у меня был пропуск. Соловьев оформил на меня доверенность и дал документы. В 8.30 я решил зайти в здание, т.к. Дума работает с 8.30. Там были два охранника, начальник охраны, завхоз. Они сказали, что новый пропускной режим с 9 часов. Это распоряжение мэра. Меня не пропустили. В 8.50 я поднялся в здание, возле двери в кабинет стоял человек. Там сидел Вольных. Он писал договор купли-продажи. Мне сказали, что оформляют договор купли-продажи магазина «Дима». Я уехал.
Как попали Вольных и другой господин в здание и когда, непонятно. Стоявший на входе в здание с полдевятого Емяшев там их не видел!
Еще более детективная история произошла с предпринимателем Р.В. Прониным, пытавшимся приобрести муниципальную недвижимость дважды.
Показания в суде Р.В. Пронина:
— В 2004 году я хотел купить помещение под офис. В газете «Новочеркасские ведомости» я смотрел объявления и прочитал, что администрация продает помещение по ул. Атаманской, 40. Это помещение продавалось уже 3 или 4 недели. Я позвонил по телефону, который был указан в объявлении. Мне сказали, что помещение действительно продается. Я спросил, могу ли я его посмотреть, но мне его не показали, сказали, что у них нет ключей. Через несколько дней я опять позвонил, и мне сказали, что помещение еще не продано, если я хочу его приобрести, то мне необходимо заказать пропуск и написать заявление. Я пошел в бюро пропусков и выписал пропуск. Когда я подошел в нужное время, мне сказали, что помещение уже продано другому человеку. Я удивился: как оно могло быть продано другому человеку, если никого кроме меня не было?
Пронин продолжил поиски помещения для покупки и нашел еще одно интересное объявление – о здании по ул. Московской, 23/19. Но чтобы на этот раз не «удивляться», он принял меры:
— Я изучил всю документацию. В течение месяца я пытался получить в 303 кабинете бланк заявления. Но только когда я написал официальное письмо, мне его выдали. На этот раз я не стал ждать снижения цен – решил обратиться в первый день продажи. Я знал, что существует пропускная система, и оформил доверенность на Д.А. Березку, который был помощником депутата и мог в любое время пройти в здание. Когда утром он пришел к кабинету, там, кроме него, никого не было. Я пришел чуть позже (меня пропустили по старому, на другой день, пропуску). В 9 часов я был около кабинета. Березка сказал, что пришел подать заявление. Я сказал, что я свидетель того, что он пришел первый. Нам ответили, что другой человек пришел раньше и подал заявление. Затем меня спросили, как я сюда попал, а я не мог найти пропуск. Пришел начальник охраны. Я сказал: сначала решим вопрос с покупкой помещения, но мне скрутили руки и вывели из здания администрации. У меня отобрали паспорт. Я пошел в прокуратуру, но там никого не было. Я вернулся в администрацию за паспортом. Мне сказали, чтобы я подошел через час. Я перенервничал, мне стало плохо. Позже я снова поехал в администрацию, и мне вернули паспорт.
Показания в суде Д.А. Березки:
— Я пришел к администрации за 15 минут до 9 часов утра. Пришел еще один человек. Я сказал ему, что он будет за мной. Когда пришли два человека, в мэрии все забегали. Затем из кабинета вышла женщина и позвала человека, который был за мной. Он начал ходить из кабинета в кабинет. Затем мне сказали, что этот человек уже подал заявку. А мне охрана заломила руки, и меня выставили.
Комментарии, как говорится, излишни.

ЦЕНА ЧЕСТИ
Это только два эпизода, отраженных в материалах судебных дел. Вообще же тома этих дел – богатство для любого журналиста. Мы обещаем познакомить с ними наших читателей и искренне надеемся, что иски мэра и других чиновников к «Лавочке» не иссякнут, а значит, нам будет и дальше о чем писать.
Чтобы не томить все же читателей, мы скажем, что исковые требования мэра Волкова по настоящему делу (к «Частной лавочке», Н.И. Козицыну, Е.М. Надтоке) удовлетворены частично. Очень частично! Признаемся, мы даже такого решения не ожидали. Суд, в частности, признал, что не подлежат опровержению фразы о моральном и экономическом уроне, который, по мнению Козицына, Волков нанес казакам и всему городу, о том, что муниципальная собственность распродается иногородним и лицам кавказской национальности и вообще распродается с грубейшими нарушениями.
Показательно решение суда относительно компенсации морального вреда, якобы нанесенного мэру данной публикацией. Судя по запрашиваемой сумме, Анатолий Панфилович в последнее время сильно поиздержался, и его представитель Л.Н. Бурлуцкая просто требовала (!) в судебном заседании 300000 рублей – по 100000 с каждого ответчика. Суд оценил страдания мэра дешевле: 5000 + 3000 + 3000 = 11000 руб. Такую сумму даже неудобно поставить рядом с честью, достоинством, деловой репутацией бывшего офицера.