Сегодня:

В № 15 «В» в статье Д.Гагина «А у нас во дворе» уже была описана конфликтная ситуация во дворе на углу Магнитного и Буденновской, возникшая по поводу строительства во дворе спортивной площадки силами детской школы дзюдо, которой руководят Михаил и Алла Липчанские. Как оказалось, вовсе не подавляющее большинство жителей двора являются любителями дзюдо, спорта и даже — детей. Корреспондент «В» побывала на очередной официальной встрече жителей дворов — друг с другом и с представителями администрации города.
.. «На внешний осмотр» (строительный термин) первые минуты «скандала в благородном семействе» двух хрущевских пятиэтажек и общежития на углу Магнитного и Буденновской выглядели так: в окружении друзей и врагов охрипший Михаил Липчанский с полубезумным видом пытался перекричать полсотни человек, а вокруг с плакатами в поддержку речи своего учителя стояли дети, которые у него тренируются, которые просто здесь живут и которые вместе с ним строят спортивную площадку (детская школа дзюдо, спортклуб «Спартак»).
«Детские» родители, которые собрались со всего города, даже из Грушевки приехали, готовые оказать моральную и любую другую поддержку проекту Липчанских, все одновременно и очень громко говорили о том, как важно для их детей, да и для всех детей на свете, существование вот такого спортивного комплекса, состоящего из спортивного зала и прилежащей к нему спортивной площадки на свежем воздухе, которая сама по себе является уникальной: компактной и универсальной, где можно играть в мини-футбол, баскетбол, волейбол, теннис…
…Оппоненты озвучивали целую палитру мнений. Холодные, разумные «цвета радуги» расцвечивали три симпатичные серьезные девушки: «Спортсмены же не одни в нашем дворе, другие тоже имеют право чего-то хотеть, а чего-то не хотеть, считать что-то правильным, а что-то неправильным…» Следующие по спектру высказывания можно было подвести под формулу, которой пользуются «боссы» авторитарного стиля: «Не надо мне вашего «умного», делайте мое «дурное». И только самые крайние, оранжево-красные тона сводились к «жутким страхам», которые стоит описать подробнее.
Сначала запустили слух, что Липчанские строят платную автостоянку. Из-за абсолютной абсурдности «страшилка» трансформировалась в «теннисный корт», тоже «барское» развлечение. Когда стало ясно, что строится спортивный мини-комплекс для детей и подростков, площадку во дворе «обозвали» коммерческим проектом.
Людей пугали, что «простых» «дворовых» детей, которые не увлекаются дзюдо, не будут пускать на спортплощадку, — «да просто повесят амбарный замок, и все!» Что вскоре после высоких столбов и сетки-рабицы вокруг площадки вырастет кирпичный забор, и арендованный участок отойдет в частную собственность Липчанских (и что, интересно, в частном порядке супруги станут делать на площади 16 на 32 квадратных метра? Устраивать «пир» во время «чумы»?) Вдумайтесь, чего мы боимся?!
Между этими глобальными «ужастиками» струились в разных направлениях ручейки извечных проблем жителей «хрущебок» — от «где сушить белье» до «почему это гараж — кому-то можно, а мне нельзя — посреди двора?!»
Во дворе, ограниченном с двух сторон напряженными дорогами, по которым движется магистральный поток городского транспорта и практически прилегает рынок с автостоянкой, — казалось бы, уже ничего не может испугать, — и вдруг разыгралась драма из-за спортивной детской площадки…
«Лобное место» занял главный архитектор Владимир Николаевич Александровский, с видом человека, умудренного опытом, и тоже попытался быть услышанным со своим профессиональным видением вопроса, но закончилось это с тем же успехом, что и у Липчанского.
Потом и Александровский махнул рукой на свои попытки заявить свое официальное мнение всему миру сразу, и они с Липчанским, как два товарища по несчастью, отошли в сторонку и долго говорили друг с другом.
На вопрос корреспондента «В» Владимир Николаевич Александровский ответил, что такие площадки, конечно же, нужны, и многие жители двора — за, но остальные-то — против, и таких — немало, в двух жилых домах, например, только шестеро подростков…Основной контингент «за» живет в общежитии и прилегающем к нему жилом доме. Следует подождать результатов опроса жильцов четырех домов, и на основании этого мнения принять решение. «Санитарный разрыв» между спортсооружением и жильем более десяти метров, что допускается нормами и правилами.
Как сказал один из двух известных братьев-спортсменов, Александр Лемешко, «Миша Липчанский осознает, что делает хорошее дело, но никак не может понять, почему ему мешают?» Никогда не бывает, чтобы все — «за», продолжает он, и ему кажется, что Михаил уже просто вошел в личный конфликт с противной стороной. Да, он бывает несдержан, но он искренен. Потому что здоровее его идеи ничего не может быть. Да, детские игры на свежем воздухе, — это шумно, но тихие… Тихой бывает только наркомания…
…Понятно, почему так верят в Липчанского родители его учеников. Дзюдо — это образ жизни, здоровые привычки, осмысленное времяпрепровождение. О своих родных детях Алла Липчанская говорит: «дочка тренируется…» Так говорят все профессиональные тренеры, справедливо располагая тренировки на уровне характеристики!
У Михаила Липчанского 120 учеников, это очень много для одного человека. И еще к нему приходят и приходят те, кто хочет заниматься только у него. Его дворовые «недруги» ставят ему в упрек, что он хочет одновременно работать и в зале, и на спортплощадке, и с как можно большим количеством ребят, но что в этом плохого, если ребята платят за месяц занятий 100 рублей? А многие его ученики вообще тренируются бесплатно! И как он их отпустит, например, в рощу, или на стадион, одних, — ему же не разорваться?
«Липчанский — человек неординарный, его дети просто обожают», — говорят о нем коллеги. Дети посвящают ему стихи и пишут письма. Мне понятно, почему — он сам при своих высших образованиях — наивный и непосредственный, как ребенок. На Новый год дети подарили Липчанским два пакета: Михаилу — с солдатским ремнем и надписью «Макаренко», Алле Липчанской — с пряниками…
Проект, из-за которого разыгралась драма, — называется «Будь здоров, новочеркасец!» Он вполне в духе путинского призыва «вернуть спорт во дворы».
Кто помнит, раньше при нескольких домах обязательно были спортивные площадки, где играли в волейбол, отжимались на перекладине…
Рядом с моим домом находилось шахтерское общежитие со спортивной площадкой, и все парни из окрестных домов ходили играть в волейбол и футбол с общежитскими, а мы наблюдали, как невероятно красивые, мускулистые молодые ребята, выспавшись после смены, «крутили солнце» на турнике… Между прочим, сейчас это место представляет собой страшную картину. На месте спортплощадки — гигантская вонючая свалка, в полуразваленном общежитии живут бомжи…
Старые люди рассказывают, что когда-то двор — подмостки конфликта — был чуть ли не оазисом. Но, когда возникла у Липчанских идея сделать во дворе условия для занятия спортом, это давно уже было «мертвое место». На некоторые скамейки у двух пятиэтажек и сейчас не только сесть, — посмотреть страшно. Столбы на площадке для развешивания белья покосились. Трудно представить, что здесь кто-то что-то сушит. А ведь сушат — один из доводов против был «о невозможности сохранить в чистоте белье вблизи работающей спортплощадки».
А вообще-то это не самый худший двор. Он весь в три раза больше, чем, например, спорная территория строящейся спортплощадки. Кроме детской площадки, которую тоже устроили Липчанские вместе с учениками (опять же, не прося ни у кого помощи, а просто спросив разрешения на вывоз демонтированных снарядов из бывшего детского сада, которые дети принесли на себе), есть немаленькая территория, которая вместила в себя описываемый «митинг», а за гаражами — зеленая лужайка, почти вдвое больше спортплощадки. Места для переноса «сушилки» предостаточно.
Говорят, Липчанские срубили клен, который не вписался в контуры площадки, но сколько деревьев и кустарников они посадили взамен! И еще у них есть плюс: они все делают по собственной инициативе сами, ни у кого ничего не выпрашивая и никому не предъявляя претензий.
Начиная с того самого момента, когда несколько лет назад, продав свое и родительское с обеих сторон добро — квартиру и две машины, Михаил и Алла купили заброшенное помещение (раньше здесь занимались акробатикой) в общежитии завода «Магнит». Когда они пришли туда, то увидели нечто, напоминающее общественный туалет. Сейчас это образцовый спортзал со строгими правилами посещения, сохраняющими чистоту и порядок.
Противники спортплощадки во дворе говорят, что рядом — роща, рядом — стадион, даже два стадиона, — школьный и «Ермак», но мамы спрашивают: « А почему мой ребенок должен уходить со своего двора? Детские и спортивные снаряды во дворе и нужны для того, чтобы наши дети могли играть у нас на глазах, разве нет?»
Этот проект был настолько хорош, что Липчанским сразу удалось согласовать его во всех инстанциях. В департаменте городского хозяйства его подписали тоже, потому что его глава Е. Мавдриков не мог отказать людям, которые ничего не просили, а хотели сделать все сами, тогда как ДГХ постоянно ищет спонсоров для воплощения в жизнь аналогичных проектов в других городских дворах. Но когда пришло время подписывать проект у мэра, подоспела жалоба-протест, и глава администрации приостановил деятельность по сооружению спортплощадки. Бюрократическая машина дала задний ход. Строительство несколько раз приостанавливали. Однажды оштрафовали на 2 тысячи рублей.
Липчанские строят эту площадку с 2003 года и никак не могут закончить. В основание ее уложено 16 самосвалов тырсы (случайно достались даром). Строят — вдумайтесь — своими руками вместе с учениками все лето. Дети работают с удовольствием, вы попробуйте своего ребенка убедить получать удовольствие от какой бы то ни было «пахоты» в летние каникулы….
Еще у них «лежит» без движения, «завис» «грант» — 25 тысяч рублей, выигранный и полученный под этот проект. Грант целевого назначения из Фонда развития города — на приобретение спортинвентаря. Например, теннисный стол уже окрашен, лето проходит, а сетку на него и прочие атрибуты купить нельзя, пока не закончена спортплощадка.
Алла Липчанская говорит, что, когда ей приходится ходить из кабинета в кабинет за разрешениями и согласованиями, и терпение на исходе, она вспоминает детей, своих учеников, и это прибавляет ей сил.
Председатель городского спорткомитета Юрий Николаевич Савойский называет себя лицом заинтересованным, и считает, что такие площадки нужны во дворах, но необходимо упорядочить по согласованию с жильцами время работы и разумно подойти к возрастной группе, на которую рассчитано это сооружение. Его мнение — это должны быть дети и подростки, каких много в клубе «Спартак», потому что знает по опыту, что, когда приходят размяться двадцатилетние юноши, возникают конфликты с местным населением.
Юрий Николаевич говорит, что необходимо искать компромиссы, потому что из-за недипломатичного поведения участников сторон трещина между ними продолжает углубляться. А все вопросы при желании решаемы. Например, подошел к нему человек, который сажал каштаны, окружающие спортплощадку, вместе с отцом три десятка лет назад, и ему жалко, если их ветви будут повреждены высоким ограждением.
И все-таки это не проблема отцов и детей, а личностный конфликт, как считает Андрей Васильевич Демченко, зам. главы администрации города. Его мнение таково: площадка должна быть, только тренерам, работающим с детьми, нужно соблюдать все нормы приличия и морали.
Андрей Васильевич говорит:
«Площадка нужна для детей, и, конечно, от них шум и гам, но нет возможности вынести ее за пределы двора. И тоже так неправильно заявлять, что «наши дети выросли, а ваши нам не нужны». И администрация города не делит детей на «наших» и «ваших». У всех городских детей должен быть достойный досуг, а если ребенок уйдет из-под контроля положительных людей, его быстро возьмет под свое крыло наркомафия, и кому от этого будет хорошо?»
Личное мнение Аллы Владимировны Приймак, сотрудника ДГХ — «детская спортивная площадка должна быть, но и пожилых людей обижать нельзя».
Но есть и еще моменты, о которых стоит подумать.
Произошел социальный конфликт, в котором никто не хочет дать себе отчета. Черемушки, которые были в хрущевские времена последним словом жилищного комфорта, при всей своей обжитости, при том, что они утопают в зелени, что люди любят свои квартиры, в которых прожили по сорок лет, — этот микрорайон не для «состоятельных господ». При такой густонаселенности конфликт интересов неизбежен.
И вот люди, вместо того, чтобы искать золотую середину для совместного существования в заданных условиях, находят возможность испортить жизнь свою и ближнего до последнего предела. Обездоленные по большому счету, еще не нажившие собственных домов и садов, они еще и не упускают возможности ткнуть в нос соседям, живущим в заводском общежитии, что у тех более незавидное положение.
Ну почему же нам так хочется пнуть того, кому еще хуже, чем нам? Чем же виноваты жители общаги, если жилье в очереди на заводе «Магнит» закончилось именно на них? Ведь не враги мы, а товарищи по несчастью.
И еще: мы, конечно, русские, это круто, но зачем же добиваться самоутверждения за счет эмигрантов, тем более — за счет их детей? Липчанским несколько раз «ставили на вид», что среди учеников много нерусских детей.
«Дети, ученики не имеют национальности», — говорит Алла Липчанская, у которой еще остались терпение и оптимизм. Ее стойкость, любовь и жалость к мужу и детям, которые у них тренируются, еще раз подтверждает правило: женщина более приспособлена к нашей действительности, тем более русская.
А Михаил Липчанский, о котором все говорят, что он «не дипломат», — тот и себя не щадит и называет «дураком с инициативой»…Думал бы только о себе и своих детях, и нервы, и деньги целее бы были…
«В» будут держать своего читателя в курсе. Прогноз такой: какое бы ни было принято решение, все закончится обращением в суд.