Сегодня: 20 июня 2019, Четверг

150 лет назад, в марте 1854 года, Англия и Франция, практически одновременно, объявили войну России. Англо-французский флот в составе 10 линейных кораблей и 8 пароходо-фрегатов уже 10 апреля подверг бомбардировке Одессу и попытался высадить десант. Боевые действия против России корабли союзников пытались вести также на Балтийском и Белом морях, на тихоокеанском побережье. Но там они получили достойный отпор. Тогда основные свои силы противники России направили в Крым для захвата главной базы Черноморского флота — Севастополя, которому к тому времени исполнилось лишь семь десятилетий.

Среди бела дня 1 сентября 1854 года союзниками была проведена акция устрашения: на виду у всех моряков Черноморского флота и горожан мимо Севастополя прошла огромная эскадра, составленная из 72 кораблей британского и французского флотов, до этого крейсировавших у южного побережья Крыма. А вечером этого же дня у пологого и мелководного берега между крымскими городами Евпатория и Саки бросила якоря другая вражеская армада, состоявшая из трех сотен транспортных судов. С этих судов на берег беспрепятственно высадилась 62-тысячная армия союзников. Вражеское войско без промедления двинулось на Севастополь, захват которого и уничтожение Черноморского флота англо-французское командование считало первоочередной и главной своей задачей.

Через неделю в долине речки Альма, у села Бурлюк, произошло первое сражение между российскими войсками и войсками союзников. Сражение это, несмотря на героизм русских солдат, было полностью проиграно противнику русским командованием. Оно продемонстрировало неспособность генералитета императорской армии того периода к ведению современного динамичного боя. Русское командование наглядно увидело и преимущество современного вооружения союзников — нарезных штуцеров, бивших на 1200 шагов — перед морально устаревшим вооружением русской армии — гладкоствольными кремневыми ружьями, бившими лишь на 300 шагов. Более современной была у армий коалиции и артиллерия.
Однако стойкость и храбрость русских солдат изумили командование союзников. «Еще одна такая же победа, и у Англии не будет армии!» — воскликнул после боя на Альме командир одной из английских дивизий герцог Кембриджский. Но сражение на Альме было лишь началом продолжительной битвы за Крым.
Русская армия стала отходить к Севастополю. Главнокомандующий армией в Крыму, светлейший князь А.С. Меншиков — правнук сподвижника Петра I и генерал-адъютант императора Николая I, чтобы поддержать связь с тылом, вывел армию к Бахчисараю. Севастополь же, слабо укрепленный с суши, остался лишь с малочисленным своим гарнизоном.

Через два дня войска союзников двинулись к базе Черноморского флота. При приближении неприятеля над Севастополем все сильнее нависала серьезнейшая опасность. Моряки, солдаты и жители города принялись срочно возводить укрепления, соединенные в сплошную оборонительную линию протяженностью около семи верст. Линия эта состояла из восьми бастионов, располагавшихся полукругом от Килен-бухты через Малахов курган до Карантинной бухты.
Союзники знали, что южная сторона Севастополя не была подготовлена к обороне. Тем большей неожиданностью было для них увидеть перед собой новосозданные оборонительные сооружения. Это севастопольский гарнизон, а также население города, за несколько дней сделали, казалось бы, невозможное: они не только опоясали Севастополь укреплениями, но и установили на них орудия с затопленных кораблей, которыми преградили вражеской эскадре вход в бухту.
Войска коалиции начали «правильную» осаду города, что дало возможность защитникам Севастополя завершить строительство укреплений и усилить гарнизон, который насчитывал уже около 30 тысяч человек. Не имея достаточных сил блокировать весь город, союзники позволили Северной стороне Севастополя иметь связь с центром страны.

Через 120 лет после описываемых событий автор этих строк побывал в Севастополе, прибыв на его Северную сторону автобусом из Евпатории. Переправившись через Северную бухту на курсировавшем там катере, оказался в самом центре города, о котором сложены такие вот песенные строки:

Легендарный Севастополь,
Неприступный для врагов.
Севастополь, Севастополь —
Слава русских моряков!

Прошелся по Приморскому бульвару, спустился к черноморским волнам по ступеням Графской пристани, поднялся на Малахов курган, взошел на легендарный Четвертый бастион. Сфотографировал выходящий из Северной бухты знаменитый некогда трофейный теплоход, получивший наименование «Россия», для выхода которого вспомогательное судно Черноморского флота разводило боновые заграждения. А вот направить фотообъектив в сторону стоявшего на рейде в Северной бухте громадного противолодочного крейсера «Москва» с эскадрильей вертолетов Камова на его верхней палубе не решился: был наслышан о людях в штатском, незримо присутствующих в самых неожиданных местах, готовых в любой момент подойти к фотографирующему, чтобы изъять из его фотокамеры отснятую пенку и засветить ее.
Размещенные на башенке Матросского клуба часы с боем позвали в ту сторону, где расположена панорама баталиста Ф.А. Рубо «Оборона Севастополя» — замечательное художественное произведение, монументальный исторический памятник, увековечивший героизм защитников Севастополя в 1854-1855 годы. Сюжетом панорамы послужили события Крымской войны, произошедшие 6(18) июня 1855 года. В этот день защитники города отразили ожесточенный штурм Малахова кургана и укреплений Корабельной стороны, предпринятый англо-французскими войсками после 9-месячной осады города. Не овладев ни одним из укреплений как Малахова кургана, так и Севастополя в целом, понеся огромные потери, морально подавленная вражеская армия оказалась прикованной к внешним стенам города еще на три месяца.
Запоминается один из фрагментов панорамы: опираясь руками на бруствер Корниловского бастиона, обороной руководит выдающийся русский флотоводец — адмирал П.С. Нахимов. Через три недели Павел Степанович был смертельно ранен, когда вот так же наблюдал за действиями противника, и через два дня скончался, не приходя в сознание. Нахимов в то время был не только руководителем обороны Севастополя, но и всеобщим любимцем.

Привлекает внимание также фрагмент панорамы, где изображен приезд хирурга Н.И. Пирогова на перевязочный пункт Малахова кургана. Именно здесь знаменитый хирург стал широко применять наркоз, так как до этого резали и пилили исключительно «по-живому», отчего многие раненые гибли от болевого шока. Здесь также русские женщины стали совершенно добровольно и безвозмездно выполнять работу сестер милосердия. Одна из таких женщин — матросская дочь Даша, прозванная Севастопольской, изображена на полотне панорамы с коромыслом на плече, поящей водой защитников Малахова кургана. Изображены на одном из фрагментов панорамы также прославленные охотники (разведчики) того времени — матросы Петр Кошка и Федор Заика, возвращающиеся из ночной вылазки: они ведут «языка» — пленного француза.

После осмотра панорамы по широкой аллее отправимся к Четвертому бастиону — одному из самых мощных укреплений Севастополя в период 1854-1855 годов. По пути к брустверам и орудиям можно заметить небольшой обелиск темного мрамора, на котором ярким белым пятном выделяется чей-то барельеф. Это — портрет поручика артиллерии Л.Н. Толстого, который добровольно перевелся в осажденный Севастополь из Дунайской армии. В первый раз он пробыл в городе недолго, так как его батарея вскоре была переброшена под Симферополь. 30 марта 1855 года Толстой вновь был переведен в Севастополь и более полутора месяцев участвовал в боях на Четвертом бастионе. Здесь за боевые отличия он был произведен в поручики. Здесь граф Толстой состоялся как писатель: на бастионе, в минуты затишья, он написал свой первый рассказ «Севастополь в декабре», который положил начало его знаменитым «Севастопольским рассказам».
Почти год защитники Севастополя держали беспримерную оборону, вписав в боевую летопись русских армии и флота одну из самых ярких ее страниц. «Надолго оставит в России великие следы эта эпопея Севастополя, которой героем был народ русский», — писал один из ее участников — поручик артиллерии, граф Л.Н. Толстой.
row['name']

Комментарии (0)

Добавить комментарий