Сегодня: 29 января 5654, Четверг

Здравствуй, родная!
Вчера получил долгожданное фото. Вот теперь, можно считать, мы все вместе. Конечно, в жизни ты значительно лучше. Мастер «Красного фотографа» явно оказался не на высоте. Мишутка на любительской фотокарточке получился лучше, живее. Но всё это мелочи. Главное, что теперь я имею возможность видеть моих родных и любимых — жёнушку и сыночка.
Сразу написать ответ не получилось, т. к. после занятий и обеда нас повели на лекцию о космических успехах Советского Союза. После лекции смотрели два «космических» фильма: «Перед прыжком в космос» и «Человек возвращается из космоса». В общем, ничего нового. Ужинали поздно, и сразу отбой.
А ты молодец, добилась своего — стала библиотекарем. В каком же отделе ты начала работать? Теперь тебе будет о чём писать. На первых порах будет много впечатлений. Держи себя в руках, сильно не огорчайся, если не всё будет получаться гладко. Будь внимательна, присматривайся к работе опытных товарищей. Учись.
Уверен, что ты быстро освоишь новое дело, а опыт работы в книжном магазине* тебе в этом поможет.
Вчера получили денежное довольствие. Ох, и хитрецы эти финансисты! Приравняли наше денежное содержание к случайному заработку и удержали подоходный налог. В итоге получил 16 рублей. Если в субботу буду в городе, пошлю тебе 10 р. Как ты там выкручиваешься? Не вздумай экономить на питании. Если денег не хватает — займи. Приеду, рассчитаемся.
Сегодня наш сбор был взбудоражен тем, что сразу пятнадцать человек отправились по домам. Причину не знаем — приказ свыше, и всё. Можешь представить, как это действует на остальных. Весь день разговоры только об этом.
Галочка, зайди на кафедру**, узнай, получил или нет Житков моё письмо, и как дела со сборником. Спроси также, как решился вопрос с моим отпуском после сборов. Передай им привет от меня.
Пока всё. Желаю тебе успешной работы Крепко вас целую. Владимир. 6 июля 1961 г.
______________________________________
*) Моя жена, Галина Павловна Репникова (в девичестве Сергеева), в 1956 году окончила Новочеркасский горный техникум (теперь геолого-разведочный колледж) и получила специальность «Плановик предприятий угольной промышленности». Год работала плановиком лесхоза, а затем перешла в систему Ростоблкниготорга, где проработала продавцом и ст. продавцом до декабря 1990 года с двумя кратковременными перерывами в связи с рождением сына (1960 г.) и дочери (1968 г.). Книготорг покинула по сокращению штатов. В лихие девяностые пыталась заниматься индивидуальным предпринимательством. С 2001 года тяжело болеет.
**) Современному человеку трудно понять, почему в письмах часто употребляется просьба сходить куда-то, зайти к кому-то, а не позвонить или созвониться. Дело в том, что квартирных телефонов в то время в Новочеркасске было очень мало. Люди годами ожидали своей очереди на установку телефона. Нас поставили в очередь в 1976 году благодаря тому, что рядом строилась новая городская телефонная станция (теперь это Новочеркасский узел электросвязи). А обрели мы это чудо коммуникации лишь в 1987 году.

Здравствуй, родная моя!
Вот и опять суббота. И опять идёт дождь, и опять на тумбочке дневального для меня ничего нет. Так я начал было своё письмо в субботу, но продолжать не стал.
Суббота оказалась очень скучным днём. После занятий и обеда мы с Лещинским пошли искать подходящий вид для изображения, потом взяли свои приспособления и пошли рисовать. Саша решил тоже сделать этюд акварелью. Поработали с полчаса, и погода начала резко меняться. Подул сильный ветер, тучи заволокли всё небо — надо было «сматывать удочки». Я сделал это с сожалением, а мой коллега, кажется, был рад, т.к. этюд у него, что называется, не пошёл. Мелкий, холодный, прямо осенний дождь загнал нас в казарму.
К вечеру «небесная канцелярия» сжалилась над нами, дождь прекратился, и мы смогли посмотреть кино. На этот раз нам показали югославский фильм «В полночь». Мы с тобой его смотрели. Помню, тогда он мне понравился, а теперь показался скучным. Видимо сказалось настроение.
В воскресенье небо продолжало хмуриться. После зарядки и завтрака поиграл в шахматы, потом читал книгу Льва Успенского «Слово о словах». Очень любопытная вещь. Между прочим, там приводится высказывание поэта Афанасия Фета о том, что мысли человека, также как и его чувства, гораздо богаче, ярче, точнее и полнее тех грубых слов, в которых они выражаются. «О, если б без слова сказаться душой было можно!». Я тоже испытываю порой такое желание.
К полудню погода улучшилась, и, отобедав, мы (я, Александр Лещинский и Николай Гусихин) пошли в город. Колю Гусихина — высокого нескладного парня (рост 188 см, вес 65 кг) — почему-то называют на китайский лад — Гоу Си Хин. Он, к этому уже привык и отзывается как на собственное имя.
Сегодня день авиации, а мы бывшие, хоть и наземные, авиаторы. Отметить этот день нам сам бог велел. И антураж был подходящий: лётчики-спортсмены показали своё мастерство, парашютисты опускались прямо в Волгу. А на стадионе авиамоделисты запускали модели. Людей везде было очень много. Мы за здоровье авиаторов выпили по стаканчику вина, походили, пока ноги носили, и – «домой».
К моей большой радости дневальный вручил мне два письма — от тебя и от Виктора. Брат пишет, что увлёкся рисованием — рисует портреты сослуживцев. На службу не жалуется, мне сочувствует, беспокоится о родителях (давно от них не получал писем). Я послал родителям письмо и фото. Вчера послал тебе 10 рублей. Не ограничивай себя и сынульку в овощах и фруктах. Я буду навёрстывать упущенное, когда приеду. Виноград, арбузы и дыни надеюсь ещё застать.
Целую вас, родненькие. Владимир.10 июля 1961 г.

Галочка, здравствуй!
Сегодня я добрым словом помянул нерасторопных работников связи. Твои письма, посланные 7-го и 8-го июля, пришли вместе. В первом ты сообщала, что наш маленький сынулька заболел. Меня аж в жар бросило. Не дочитав его, я принялся за второе. Как хорошо, что они пришли одновременно! Мои маленькие, как же это вы подхватили ангину? Это дрянная штука. Точно не знаю, но, кажется, она бывает хронической и даёт о себе знать при малейшем переохлаждении. Причём она опасна не только для маленьких, но и для взрослых. Прошу тебя, будь осторожна, ведь он ещё очень маленький.
Галя, второе письмо меня радует, и в то же время возникает сомнение. Действительно ли всё так быстро прошло у сыночка? Не хочешь ли ты меня успокоить? Я уже тебе писал, чтобы ты сообщала мне всё как есть, ничего не скрывая. Надеюсь, что ты так и делаешь. И всё-таки, пока не получу ещё одно подтверждение, что сыночек здоров — не успокоюсь.
Вчера послал письмо Виктору. Передай нашим, что он беспокоится, т.к. не получает от них писем.
Привет всем. Будьте здоровы Крепко вас целую. Владимир. 12 июля 1961 г.

Здравствуй, родная моя!
Сейчас девять часов утра, письмо я ещё не получил, но уверен, что сегодня обязательно получу и поэтому, пользуясь возможностью (скучная лекция), решил начать встречное письмо.
Вчера вечером до самого отбоя беседовали с Лещинским о домашних, об искусстве, литературе, о планах на будущее. Долго потом я не мог заснуть — вспоминал во всех подробностях нашу с тобой совместную жизнь, начиная со знакомства на новогоднем вечере в Крытом дворе НПИ. Именно тогда зародилась у меня надежда заполучить тебя в жёны. Последующее за этим ты, надеюсь, помнишь. (…)
Удивительное дело! За весь период с 1 января 1959 года по сегодняшний день, я не припомнил ни одного плохого момента в наших отношениях. А ведь были размолвки, но настолько незначительные, что память их не удерживает (и правильно делает). Хорошее преобладает, и это главное.
Здесь приходится слышать от некоторых товарищей, что они на сборах отдыхают от своих спутниц, от домашних забот. Этого я понять не могу. Говорят: «Со временем поймёшь». Не верю!
По-моему, дело совсем не во времени, а в отношениях между людьми. Любовь — это не что-то неземное (оставим это для 14-18-летних), а способность ценить и глубоко уважать близкого человека; потребность быть всегда вместе. Такова моя немудрёная философия.
Кстати, вчера взял в библиотеке популярный учебник по марксистской философии. Буду почитывать.
В июле служится легче. Во-первых, погода благоприятствует нам — часто идут дожди, не жарко, во-вторых, теперь стало значительно меньше классных занятий — больше занимаемся практически на воздухе, в-третьих, как я уже писал, несколько изменился распорядок дня. После обеда мы отдыхаем не час, а целых полтора часа. Некоторые товарищи успевают за это время выспаться, а у меня не получается, но я стараюсь. Минут 10-15 просматриваю газеты, а затем лежу и пытаюсь заснуть. Иногда удаётся, как правило, перед самым подъёмом.
Пришла почта, и мне опять ничего нет. Завтра 15-е — вершина горы, на которую мы упорно ползли. С горы будет легче.
Пока всё. Будьте здоровы, мои родные. Крепко вас целую. С надеждой на скорое получение письма, ваш папа Володя. 14 июля 1961 г.

Галочка, здравствуй!
Сегодня было очень мало писем, и я сразу понял, что мне опять нет. Не буду описывать своё душевное состояние, можешь судить о нём по предыдущему коротенькому письму*. После обеда я лежал, притворившись спящим. И вдруг слышу голос дневального: «Репников, тут тебе письмо принесли из соседнего взвода, по ошибке к ним попало». Это долгожданное письмо сплошь состояло из приятных известий. Конечно, самым приятным и радостным для меня является то, что у вас всё в порядке, что сынок и мама здоровы. Не могу не радоваться и результатам твоих переговоров с Кривошеевым.
Заманчиво его предложение поехать после сборов в Москву, на ФПК**. Но я так наскучал за тобой и сынулькой, что не уверен, смогу ли решиться на новую двухмесячную разлуку. (…)
Начал писать это письмо в три часа дня 18-го, а сейчас три часа ночи, т.е. давно начался новый день, но я этого как-то и не заметил. Ты уже догадалась, что я «дневалю». Заступающие в наряд после обеда на занятия не идут. В 14-00 — на пост. Поспать, как всегда, не удалось — занимался стиркой обмундирования. Ничего, сменюсь, посплю. Вчера послал ответное письмо своим родителям.
Минувшее воскресенье мы провели очень хорошо. Я, Саша Лещинский, Матвей Бавыка (или просто Мотя, Матюха) и двое местных художников ездили на пляж «Сазанка». Цель — соединить приятное с полезным, т.е. покупаться и порисовать. Желающих попасть в выходной день на пляж — несметное количество! Их доставляют на огромных самоходных баржах и даже на теплоходах, снимаемых по этому случаю с рейсов. Никакого специального оборудования на пляже нет. Но красиво и удобно. Обрывистый берег с широкой песчаной полосой у воды, плавно уходящей в глубь реки. И лес, подходящий вплотную к пляжу. День выдался хорошим, так что покупались на славу, а вот когда решили приняться за этюды, погода начала портиться. Однако все (кроме Матвея, он не рисует) сделали по этюду и довольные вернулись в город. Вечером на нашей киноплощадке смотрели фильм «Дуэль».
В субботу до самого вечера играл в волейбол. Смотреть «Поднятую целину» не захотел, почитал и лёг спать. Вот так и служим. Наши надежды уехать отсюда хотя бы на пару дней раньше лопнули, как мыльный пузырь… Стало известно, что раньше 31 августа уехать из Саратова не удастся. В середине августа сдадим первый экзамен и поедем в лагерь. Там сдадим ещё один экзамен, возвратимся в училище, переоденемся в гражданское и — по домам!
Крепись, дорогая, ждать осталось меньше. Это письмо ты получишь в субботу или в воскресенье, а там ещё неделя, и — август. Короче говоря, до конца сборов осталось шесть бань (есть у нас и такая мера отсчёта времени). Начинает светать. Крепко спят служилые, только изредка кто-нибудь забормочет или заворочается. Один почти непрерывно громко храпит. Ходил, толкал его — не помогает. Пусть спят и видят хорошие сны. Я сижу один, но мне не скучно, смотрю фотографии своих дорогих и не спеша пишу. Попишу, встану, похожу и снова пишу. Будто разговариваю с вами.
Письмо деда Никиши в основном посвящено Мишатке — его пребыванию в выходной день в Кривянке (как он играл, как рвал вишни, как гонял мяч и т.д. и т. п.). И ни слова о том, что мой сынишка болел — плохой способ не беспокоить отца. Поцелуй Мишечке носик, бородочку, макушечку и оттопыренные ушки. (…) Ну, на сегодня хватит, а то ты устанешь читать.
Привет родным и знакомым. Целую. Владимир. 18-19 июля 1961 г.
_______________________
*) Письмо не сохранилось.
**) Факультет повышения квалификации. Преподавателей института посылали на ФПК не реже одного раза в пятилетку. Так как я ко времени прохождения сборов работал в институте только три с половиной года, то без хлопот получил отсрочку.

Здравствуйте, мои хорошие!
Вчера получил телеграмму. Спасибо вам. Телеграмма хорошая, да жаль мало слов.* Галя, с доставкой телеграмм у нас настоящее безобразие. Ты послала телеграмму 21-го вечером, Саратов принял её ночью, а мне вручили только вчера вечером, т.е. через двое суток после отправки. Недавно у нас был случай ещё хуже. 20 июля товарищ по фамилии Репко (почти так меня дразнили в детстве — «репка») получил телеграмму такого содержания: «Приезжай 14-го умер папа». Отправлена и принята телеграмма была вовремя (12-го июля), но из-за бездушия работников связи доставили её адресату только через восемь дней. Можно представить его самочувствие. Ему, конечно, дали отпуск и он поехал домой. Избави нас от таких известий и поездок.
В минувшую субботу до самого вечера шёл дождь, временами настоящий ливень. К вечеру погода разгулялась и мы смогли посмотреть фильм «Дом с мезонином». Кино оказалось скучным и настроение было не лучше.
После завтрака в воскресенье отправились на пляж в том же составе, что и в прошлый раз. День выдался хороший, но настроение от этого не улучшилось. Наоборот, стало ещё хуже. Вокруг пары, семьи — довольные, весёлые- а я лишён простой житейской радости. Да к тому же ты нерегулярно пишешь. В июле это стало почти системой. В воскресенье даже этюд получился неудачным — вот что значит настроение.
Сегодня нам впервые дали борщ со свежей капустой. Несмотря на то, что его качество оказалось ниже среднего, все ели с большим аппетитом. До невозможности надоели преснота и концентраты разного рода. А лето проходит, проходит стороной. Ладно, переживём.
Будьте здоровы. Целую крепко. Владимир. 24 июля 1961г.
______________________
*) Совершенно не помню, по какому поводу была эта телеграмма

Рисунок автора.