Сегодня: 16 июля 2018, Понедельник

Удивительный народ – чиновники! Для них часто не писан не только закон, но и простая человеческая логика. Ну, кому придет в голову требовать с вдовы доверенность, составленную супругом, ежели этот документ, согласно Гражданскому кодексу, теряет силу именно в связи со смертью доверителя?! Есть такие головы…

Вот такую историю рассказал нам Сергей Рыбальченко, руководитель общественной организации инвалидов «Чернобыль» — то есть тех, кто потерял здоровье, ликвидируя последствия аварии на ЧАЭС. Сначала здоровье, а потом – уже многие – жизнь.

К Сергею пришла Валентина Александровна Борисенко, вдова умершего инвалида-чернобыльца Петра Павловича Борисенко. По этому печальному поводу ей пришлось собирать бумаги, чтобы подать их в межведомственный экспертный совет для установления причины смерти мужа и связи его болезни с радиационным воздействием вследствие чернобыльской катастрофы. Это необходимо для получения льгот и компенсаций, установленных государством.

29 июня женщина обратилась к заведующей 3-й поликлиникой Л.А. Максимовой с заявлением о принятии и выдаче ей необходимых документов. И … получила отказ! Валентине Александровне пояснили, что такая информация является конфиденциальной, и она может быть получена ею по доверенности от мужа либо вручена ему самому.

Как бы так деликатней сказать, в общем, муж … зайти не смог…

Вместе с Валентиной Александровной Сергей Рыбальченко отправился в управление здравоохранения. И там заместитель начальника управления О.Л. Андрейченко подтвердила слова завполиклиникой, добавив, что о том, как будет вдова получать справки, умерший должен был позаботиться до своей смерти. При этом столько пугающая «конфиденциальная информация» была уже у вдовы: и медицинская карточка умершего мужа, и свидетельство о смерти. Нужно было просто придать этим данным требуемую законом форму.

Смею надеяться, что мои слова не будут кощунственней слов чиновников от медицины, если я предложу всем собирающимся на тот свет (а мы ВСЕ там будем) заблаговременно заказать справки о причине будущей кончины и даже получить их на руки, чтобы не обременять потом родственников. Рекомендую с целью исключения врачебной ошибки также заказать собственное вскрытие.

Что касается истории с В.А. Борисенко, то С.В. Рыбальченко написал жалобу начальнику управления здравоохранения Новочеркасска Т.В. Гудковой, назвав проявленное отношение к вдове чернобыльца недопустимым и кощунственным, противоречащим нормам морали и этики (особенно врачебной) и противозаконным.

Ждем ответа… А пока читаем разные законы, приказы, регламенты, судебную практику. И из них узнаем, что в экспертный совет (или бюро медико-социальной экспертизы) за заключением об установлении причины смерти инвалида, пострадавшего в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС, может обратиться член семьи умершего об установлении причины смерти, предоставив документ, удостоверяющий личность – то есть вполне живой нормальный человек! И документы он должен предоставить самые обычные для такого случая: копия медицинского свидетельства о смерти; выписка из протокола (карты) патологоанатомического исследования; копия справки, подтверждающей факт установления инвалидности, если умерший признавался инвалидом; медицинские документы умершего гражданина, имеющиеся в наличии у получателя государственной услуги. А вот и наша загвоздка нарисовалась: необходимо еще направление на медико-социальную экспертизу, выданное медицинской организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь… Таковой для Валентины Александровны Борисенко стала поликлиника № 3.

Вероятно, если чиновники не внимут голосу разума, дело кончится судом. Вообще иски чернобыльцев и их вдов захлестнули России. И не только – они дошли до Европейского суда и выиграли.

На защиту прав ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС приходилось вставать Уполномоченному по правам человека в РФ. В 2009 году (тогда Уполномоченным был Владимир Лукин) его жалобу в защиту вдовы чернобыльца Валентины Колковой рассмотрел Конституционный суд.

Главные действующие лица те же – чиновники-бюрократы. Причинная связь смерти мужа Валентины Колковой с катастрофой на Чернобыльской АЭС была официально установлена межведомственным экспертным советом, но Колков умер, не успев получить удостоверение ликвидатора аварии. Не выдали его и вдове и, понятно, отказали женщине в льготах и прочей помощи государства: нет человека – нет проблемы.

Владимир Лукин доказал, что статьи Закона “О соцзащите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС”, о которых шла речь на этом заседании суда, в качестве основания для предоставления семьям помощи государства называют смерть кормильца. Если болезнь человека оказалась связана с чернобыльской катастрофой и это подтверждено документами, то ему не может быть отказано в выдаче удостоверения. В противном случае, заявил Конституционный суд, процедура оформления удостоверения блокировала бы признание права членов семьи на возмещение вреда, причиненного смертью кормильца. Человек не успел получить важный правовой статус по причине, от него не зависящей. Ведь заключение, что гражданин стал инвалидом из-за аварии, было вынесено еще при его жизни. Просто процедура эта долгая, и она не была завершена. Так что лишить человека статуса из-за смерти, а его родных соцподдержки государства нельзя…

Остается добавить, что чернобыльских вдов у нас, увы, много, а Уполномоченный по правам человека один. Точнее – одна: теперь это не Лукин, а Элла Памфилова. Но от перемены мест слагаемых сумма не изменяется…

Елена Надтока.

Комментарии (0)

Добавить комментарий