Сегодня: 23 октября 2019, Среда

«Вот потому, что вы говорите то, что не думаете, и думаете то, что не думаете, вот в клетках и сидите».

(Старый советский фильм «Кин-дза-дза!»).

Молчать — не могу: скажу то, что думаю. Для тех, кто читает нашу газету с маркером в руке, прошу выделить сразу: и думать, и говорить мне позволяет Конституция РФ, статья 29: «Каждому гарантируется свобода мысли и слова». А это уже Европейская конвенция прав человека и основных свобод, статья 10: «Каждый имеет право свободно выражать свое мнение».

По моему МНЕНИЮ, то, что происходит сейчас с массовыми проверками НКО – общественных, некоммерческих, неправительственных организаций, мягко говоря, неправильно. Что происходит и почему я так думаю, постараюсь объяснить как можно более доступным для читателей языком.

 БЕЙ  СВОИХ,  ЧТОБ  ЧУЖИЕ  БОЯЛИСЬ

 «От тебя ж — один бедлам,

Стыд царю, конфуз послам!

Я давно антиресуюсь,

Ты не засланная к нам?..».

 (Леонид Филатов «Про Федота-стрельца»).

 Последнее время борьба с хищениями и коррупцией приняла просто небывалый размах. Враги – кругом:

«Суд арестовал бывшего заместителя министра сельского хозяйства Алексея Бажанова, который подозревается в организации схемы по хищению более миллиарда бюджетных средств из холдинга «Росагролизинг»…».

«Арестована новая фигурантка дела «Оборонсервиса»…

«Бывший глава совета директоров компании «Курорты Северного Кавказа» Ахмед Билалов подозревается в необоснованном расходовании более 3 миллионов рублей…».

«Арестован директор Центрального военно-морского музея Минобороны Лялин…».

«Замглавы Приморского района Санкт-Петербурга обвинили в мошенничестве…».

Один за одним, лишившись мандатов, вылетают из Государственной Думы «народные избранники»: Владимир Пехтин, Константин Ширшов,  Геннадий Гудков. Других лишают депутатской неприкосновенности в связи с возбуждением на них уголовных дел…

Уцелевшие законодатели «закручивают гайки»: если штрафы ГИБДД выросли в три раза, то нарушение правил пожарной безопасности  «подорожало»  в десять!  Благое дело — запретить на страницах газет, в передачах телевидения ненормативную лексику — обернулось для СМИ угрозой жизни, ведь штраф до 200 тысяч за одно вылетевшее слово (еще доказать надо, что нецензурное) способен разорить небольшое, «без крыши», издание. Чего уж говорить о штрафе в 1 миллион за сообщение информации о несовершеннолетней жертве преступления…

Напугав своих, взялись за чужих. Причем бирку «чужие» решили приклеить своим, доморощенным.

Государственная Дума приняла закон о некоммерческих организациях, обязывающий те из них, кто финансируется из-за рубежа, получить статус «иностранного агента». Правда, для этого они должны заниматься еще и политической деятельностью. То есть: экономика (зарубежные гранты) + политика (осуществляемая в России) = иностранный агент.

Закон вступил в силу в конце прошлого года, но «чужие» регистрироваться отнюдь не побежали. Никто. Кроме правозащитной организации из Чувашии «Щит и меч», решившейся на это в качестве эксперимента. Эксперимент не удался: Министерство юстиции РФ отказалось включить правозащитную организацию в реестр иностранных агентов. Мотив прост: по мнению Минюста, цели и виды политической деятельности этой организации, «соответствуют общим принципам охраны и защиты прав человека и гражданина в РФ, закрепленным в Конституции», «не противоречат общегосударственной политике и не направлены на ее изменение».

То есть политика политике – рознь. Не подрываешь государственные устои матушки России – агентом можешь ты не быть, а гражданином быть обязан.

Новый 2013 год начался грустно: закон был, а агентов не было! Но закон надлежит выполнять, и начались рейды в народ в поисках иностранных агентов.

 ОХОТА  НА  ВЕДЬМ

 «Какие обыски? Какие аресты? Кто арестован? Назовите хотя бы одну фамилию. Ведь этого ничего нет. Не надо ничего придумывать».

(В.В. Путин о проверках НКО в России. Интервью немецкой телерадиокомпании ARD в преддверии визита в ФРГ 7-8 апреля).

12 апреля  в Краснодаре сотрудниками ФСБ был арестован известный правозащитник, доктор политических наук, профессор Кубанского госуниверситета, директор грантовых программ Южного регионального ресурсного центра (ЮРРЦ) Михаил Савва. Аресту предшествовал внезапный обыск у него на квартире. Ордер на обыск отсутствовал. Закон позволяет производить подобного рода мероприятия сотрудникам ФСБ без судебного постановления только в исключительных случаях, угрожающих суверенитету государства, жизни и здоровью граждан.

При обыске были изъяты компьютер, флеш-карты, фотографии и даже старые видеокассеты VHS из семейного архива, лазерные диски, документы, все сотовые телефоны, банковские карты, в том числе членов семьи.

После обыска Михаил Савва, вместе с адвокатом Андреем Савченко, были препровождены в здание управления ФСБ по Краснодарскому краю. В 14 часов адвокат сообщил жене Михаила Саввы по телефону, что ее супругу предъявлено постановление об аресте на 48 часов до решения суда.

13 апреля Октябрьский районный суд г. Краснодара избрал меру пресечения М.В. Савве в виде заключения под стражу на срок 2 месяца. Заседание проходило в закрытом режиме: ни журналистов, ни студентов профессора в зал суда не пустили. Насколько я знаю, закрытые судебные заседания проводятся только при слушании дел о государственной измене и изнасиловании.

ФСБ обвиняет Михаила Савву в попытке хищения 366 тысяч руб. из средств гранта, выделенного администрацией Краснодарского края на реализацию проекта «Построение мира». При этом сам проект, направленный на решение проблем мигрантов, выполнен в срок, качественно, отчет о нем принят и не имеет замечаний от заказчика. Проект стал победителем всероссийского фестиваля социальных проектов «СоДействие», поддержанного Министерством регионального развития РФ и Общественной палатой России.

М.В. Савву арестовали 12 апреля, а 15 апреля он  должен был выступать с докладом в Москве на специальном заседании Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека. Тема заседания: «Проверки НКО: затраченные ресурсы, полученные результаты»,  от Саввы ждали информации о том, как проверяли НКО на Кубани.   А рассказать ему было о чем: зачастую мероприятия краснодарских правоохранительных органов превращались в облавы, чтоб не сказать в зачистки. Общественная организация «Южный региональный ресурсный центр» (ЮРРЦ), где он работал директором грантовых программ, направила обращения в прокуратуру и следственное управление Следственного комитета России по Краснодарскому краю по поводу действий сотрудников регионального управления ФСБ при проверках НКО. По мнению М.В. Саввы, действия представителей ФСБ подпадали под ст.286 УК РФ — «Превышение должностных полномочий».

Показательно, что в начале апреля Михаила Савву в рамках «ротации членов» постановлением губернатора Краснодарского края Александра Ткачева исключили из Общественного совета по развитию институтов гражданского общества и правам человека, где Михаил Валентинович был заместителем председателя. Предупреждение не помогло, Савва продолжал собирать информацию о проверках. Пришлось взять его под стражу: ни губернатору, ни силовикам вынесение сора из кубанской избы на просторы необъятной Родины не улыбалось.

О том, как проходили проверки в Ростовской области и, в том числе, в Новочеркасске, я знаю не понаслышке (представляю интересы одной из общественных организаций при обжаловании результатов проверки). У нас в НКО без, понятно,  приглашения и даже без предупреждения приходила «группа товарищей» в количестве этак восьми человек, представляющих, кроме прокуратуры, разные госконтролирующие органы. В Союзе «Женщины Дона» они догадались спросить даже про … санитарные книжки и флюорографию работников! Интересно знать, в иностранные агенты при отсутствии оных записывают?

В Новочеркасске наказать непослушных общественников доверили пожарным (другие, видимо, мараться не захотели). И те выписывали организациям штрафы – те самые, недавно узаконенные народолюбивыми депутатами. Католический приход (представьте – он тоже некоммерческая организация) наказали на полмиллиона! «Если в суде нам не пойдут навстречу, и нам останется штраф в 450 тысяч рублей, это, в конце концов, приведет к гибели общины и нарушению конституционных прав католиков исповедовать свою веру, поскольку храм скорее всего будет закрыт», — заявил настоятель прихода Римско-католической церкви Успения Пресвятой Девы Марии в Новочеркасске отец Алексей.

Как славно это вяжется с распиаренным по всем каналам, принятым Госдумой в первом чтении, трогательным законом о защите чувств верующих!

 КЛЕЙМО  «АГЕНТА»  НОСИТЬ  НЕ  БУДЕМ!

«Пацаки! Почему не в намордниках? Повернись! Приказ господина ПЖ — всем пацакам надеть намордники… И радоваться. Так, ну вот это мне, а вот это тебе… А это тебе. А ты почему не радуешься?».

(Из кинофильма «Кин-дза-дза!»).

 А почему бы собственно и нет? Ну, зарегистрируется организация как иностранный агент – и что же? Проверять чаще будут – ну, куда уж чаще… Отчеты о финансировании предоставлять – они и сейчас есть: весь бюджет прозрачен.

Ниже — точка зрения председателя общероссийского общественного движения «За права человека» Льва Пономарева:

«.. Тем, кто не понял, почему правозащитники никогда не будут регистрироваться «иностранными агентами», объясняю.

Существует, по крайней мере, пять причин, почему Движение «За права человека» не будет проходить эту унизительную процедуру:

1. Очевидно, что в представлении обычного человека понятие «иностранный агент» несет негативную коннотацию. Поэтому российские граждане, которым требуется помощь правозащитников, будут опасаться обращаться в правозащитные организации и, значит, работа их станет менее эффективной.

2. Еще большее значение имеет другой аргумент. Дело в том, что основная работа нашего Движения заключается в общественном лоббировании интересов конкретного человека, обратившегося к нам. Многочисленными обращениями в госорганы мы побуждаем их действовать в интересах граждан. И к нам госорганы относятся вполне лояльно — вовремя отвечают и зачастую идут навстречу. Но если на бланке нашей организации будет написано: «зарегистрированы в качестве иностранного агента», найдется ли хоть один чиновник, который будет с нами взаимодействовать?

3. Современные правозащитники естественно считают себя продолжателями дела советских диссидентов-правозащитников. Многие из них за противостояние тоталитарному режиму также были названы иностранными агентами, не признавали это и зачастую платили за это жизнью. Можем ли мы совершить предательство по отношению к ним?

4. Зарегистрировавшись как «иностранный агент», я, бесспорно, нарушу те договорные отношения, которые у меня есть с иностранными фондами. Для тех, кто плохо знает суть отношений грантополучателя и грантодателя, коротко расскажу процедуру. Организация, специализирующаяся в какой-то сфере, например, Фонд «В защиту прав заключенных», пишет заявку на определенный проект, эта заявка участвует в конкурсе, и, если грантодателя устраивает деятельность, указанная в заявке, на нее выделяются деньги. При этом, никогда грантодатель не ставит никаких условий для предложенного проекта. Таким образом, грантодатель не является заказчиком работ (с точки зрения гражданского права «принципалом»), а организация, выполняющая проект, не является исполнителем (с точки зрения гражданского права представителем, то есть агентом). В этих обстоятельствах могу ли я позволить себе зарегистрироваться как «иностранный агент»?

5. И самое главное, моя организация и я знаем, что мы никакие не агенты. Можем ли мы лгать всем и самим себе?

P.S. Во всем мире под понятием «политическая деятельность» подразумевается борьба за власть и участие в выборах. На такую деятельность политические партии не могут брать деньги из иностранных источников, и это правильно.

В законе об «иностранных агентах» политической деятельностью почему-то называется влияние на общественное мнение и влияние на принимаемые госорганами решения — то есть то, что не просто может, а должна делать нормальная неправительственная организация.

Выполнение закона об «иностранных агентах» означает узаконивание этого ложного представления и объявление всей дальнейшей деятельности правозащитных организаций незаконной».

Вместо комментария: хочу пояснить, что такое – ПРАВОЗАЩИТНИК.

Это человек, которые защищает ПРАВА ЧЕЛОВЕКА, когда они попираются ГОСУДАРСТВОМ. То есть, это когда вас незаконно забрали в полицию, пытали на допросе. Когда вас преследуют за выражение вашего мнения представители государства: прокуратура, правоохранительные органы. Когда государство не выплачивает чернобыльцам то, что само им гарантировало. Когда суд выносит неправосудные решения… Правозащитник не будет мирить вас с соседом по даче, но если с вашим сыном в армии случится беда (дедовщина, унижение, избиение, убийство), придет на помощь.

Я говорю об этом потому, что сейчас на многочисленных сайтах, в обсуждении информации о проверках правозащитных НКО есть масса откликов типа: гнать этих правозащитников в шею! И кто-то подписывается под этим бредом, не зная, кого гонит.

Это доказано: чем в стране меньше подлинной демократии, тем больше правозащитников. Там, где интересы человека защищает Право и Суд, им делать нечего. И в этой связи вот что еще интересно.

Знаете, как называются дела в Европейском суде? «Калашников против России», «Бурдов против России». Против нашего государства, которое, вопреки собственной Конституции, нарушает наши права.

Недавно опубликованы итоги работы Европейского Суда по правам человека в Страсбурге за 2012 год. По количеству установленных нарушений Россия обошла лидирующую до сих пор Турцию и вышла на первое место: 122 постановления, которые констатировали хотя бы одно нарушение Европейской Конвенции защиты прав и основных свобод. Турция на втором, Румыния на третьем. Далее: Украина, Болгария, Польша. Наша страна по-прежнему является лидером по нарушениям гарантированных Конвенцией прав на жизнь,  прав не подвергаться пыткам и негуманному обращению и личную свободу. Множество жалоб на российское правосудие.

Вот и вопрос: нужны ли нам правозащитники? Кстати, именно они, а не профессиональные юристы, адвокаты, протоптали дорожку в Страсбург и учили россиян (в том числе – за иностранные гранты) правилам подачи жалоб в Европейский суд.

Кстати, 6 февраля 11 российских правозащитных организаций направили в Европейский суд по правам человека жалобу на закон об НКО.

 УСЛЫШЬ  МЕНЯ, ХОРОШАЯ!

«К правительству лететь — гравицаппу надо иметь. Правительство на другой планете живет, родной!».

(Из кинофильма «Кин-дза-дза!»).

 В Москву в эти дни уходит множество сообщений и жалоб о проверках НКО. На интернет-ресурсе «Demokrator.ru» идет сбор подписей под обращением в поддержку М.В. Саввы, адресованном Президенту В.В. Путину и Общественной палате.  (Среди подписантов есть новочеркасцы).

Общественная палата России открыла «горячую линию» для НКО в связи с текущими проверками деятельности общественных организаций. (Информация о проверках в Новочеркасске туда направлена).

15 апреля прошло специальное заседание Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека по теме проверок НКО. (На нем не было арестованного М.В. Саввы, но был представитель из Новочеркасска).

Так что, мы верим, что информация о проверках НКО в Новочеркасске до Москвы дошла. Другое дело – дошло ли до кого, что на самом деле происходит. Или там слушают только нежное заверение Генпрокуратуры о том, что «при осуществлении проверочных мероприятий прокурорам предписано обеспечить неукоснительное соблюдение требований закона, Кодекса этики прокурорского работника» и т.п. (см. официальный сайт Генеральной прокуратуры РФ).

Похоже, там, в столице, действительно «другая планета», на которой белое – это черное, верх – низ, а лицо – это, простите, место, находящееся между нижней частью спины и обратной стороной колена. Иначе как понять, например, следующее.

С экрана телевизора нам говорят, что закон об иностранных агентах действует, например, в США: нормальная практика, чего уж тут обижаться?

Но вот слова Михаила Валентиновича Саввы, сказанные еще летом прошлого года: «С точки зрения реальной политики, сравнение Foreign Agents Registration Act и принимаемого Госдумой закона некорректны. Дело в том, что закон США на практике вообще не ориентирован на НКО. Он работает в отношении коммерческих структур: адвокатских бюро, рекламных компаний и так далее. Например, российский Газпром заключает договор о продвижении своих интересов в США с адвокатской фирмой, и после этого она регистрируется в качестве зарубежного агента. Если американская некоммерческая организация находит спонсора за границей для помощи бездомным (что по российскому законопроекту означает политическую деятельность, поскольку это «социальная политика»), ей ровно ничего не грозит и она нигде не регистрируется».

В.В. Путин 5 апреля в интервью немецкой телерадиокомпании ARD заявил, что в России  действуют 654 неправительственные организации, которые за четыре месяца после принятия Госдумой закона об НКО получили на свои счета из-за границы 28 миллиардов 300 миллионов рублей (почти миллиард долларов). Эта цифра поразила не только российского лидера, но и руководителей НКО: 58 человек подписали письмо Путину с просьбой предоставить списки получателей миллиарда «зеленых».

По подсчетам специалистов, годовой бюджет у крупной российской НКО с большим штатом, отделением в регионах, проводящей множество мероприятий, с офисом в центре, может составлять порядка 30 млн рублей в год. Таких организаций в России максимум 20. Бюджет же подавляющего большинства НКО составляет от нескольких сот тысяч до 2-х миллионов рублей. Это – в Москве. На нашем, местном уровне, — от нуля до десятков тысяч.

Откуда деньги, Зин? И главное – куда, кому, на что?

Пока в Аппарате Президента думают над ответом, общественность предлагает, как минимум, три версии получения 28 с «лишком» миллиардов.

По одной из них, в список 654-х попали организации, которые юридически относятся к НКО (имеют такую же организационно-правовую форму), но находятся далеко в стороне от того круга организаций, о которых говорил Президент в интервью немецкому вещателю и которые регулирует закон об иностранных агентах. Есть предположения, что такие крупные средства могли быть переданы структурам, связанным с олимпийской стройкой, с оффшорных счетов или организациям, которые тоже зарегистрированы как НКО, и при этом занимаются, например, утилизацией химического оружия. Некоторые из них получают финансирование из-за рубежа на выполнение своих программ.

Вторая версия: некоторые крупные научно-исследовательские институты, зарегистрированные как НКО, получали из-за границы деньги на серьезные международные исследования (к примеру, изменение климата, ядерный синтез, космос).

Версия, наконец, третья: получение средств партийными фондами. По российскому законодательству, партии не вправе напрямую получать деньги из-за рубежа, а вот фонды поддержки политических партий могут это делать.

«Будет, конечно, очень интересно, если потом этот список станет общеизвестным, и мы увидим, что фонд партии «Единая Россия» получал деньги с Кипра», — высказался Юрий Джибладзе, президент  Центра развития демократии и прав человека.

 ***

Когда верстался этот номер «ЧЛ», пришли последние новости с «другой планеты».

Представители Генпрокуратуры на заседание президентского Совета по правам человека (СПЧ), на котором обсуждаются массовые проверки НКО, НЕ ЯВИЛИСЬ, хотя были приглашены письмом на имя генпрокурора Юрия Чайки. В повестке дня даже значилось выступление и.о. начальника Управления по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности, противодействии экстремизму и терроризму Генеральной прокуратуры РФ Алексея Жафярова.

По словам главы СПЧ Михаила Федотова, за час до заседания совета пришло письмо за подписью заместителя генпрокурора РФ Виктора Гриня. «Сообщаю, что плановая проверка российских некоммерческих организаций до настоящего времени не завершена… Полагаем, что до окончания проверки обсуждение ее результатов нецелесообразно», — говорится в ответе Генпрокуратуры.

Федотов выразил недоумение, что письмо пришло за час до заседания СПЧ. «Мне не кажется это конструктивным» — отметил он.

«Я считаю, это попытка срыва данного мероприятия», — заявил член СПЧ Кирилл Кабанов. По его словам, он даже хотел предложить своим коллегам покинуть заседание СПЧ, но поскольку на нем присутствуют правозащитники, специально приехавшие из регионов, отказался от этой идеи.

На заседание президентского Совета не явились также ФСБ, МЧС, ФМС. Совет не уважают? Или уже Президента?

 Елена Надтока.

 

Комментарии (0)

Добавить комментарий