Сегодня: 15 ноября 2019, Пятница

Жители хутора Татарка продолжают взывать о помощи

Один из жителей Татарки Ильяс Сиит пришел к нам в редакцию с объемной пачкой документов. В ней – его многолетняя переписка с чиновниками разных уровней. Ильяс Исламович является председателем мусульманской общины города Новочеркасска, но его настойчивость в попытках решить проблемы хуторян объясняется не только общественным статусом, но и просто активной гражданской позицией. «Ну кто же еще, кроме нас самих, замолвит за нас слово?» – спрашивает Ильяс Сиит и показывает письма, адресованные в разное время мэрам Новочеркасска, депутату Законодательного Собрания, прокурорам города и области, руководителям Роспотребнадзора — города, области, ЮФО, председателю Комитета по охране окружающей среды и природных ресурсов администрации Ростовской области…
Главная проблема хутора Татарка – это городская свалка, угрожающе нависшая над поселком, который уже давно относится к городу Новочеркасску. Поэтому главная просьба, звучащая в письмах, обращенных во все инстанции, – принять кардинальные меры и защитить хутор и кладбище от этой свалки. За время многолетних эпистолярных упражнений Ильяс Сиит выработал определенную форму обращения к чиновникам разных инстанций – неизменно очень уважительную и с четкой формулировкой проблем. Вот фрагмент одного из них: «Практически мусор городской свалки вываливается на хутор Татарка. При этом засыпаются зеленые насаждения, которые растут ниже свалки. Также оскверняется мусульманское кладбище, на котором покоится прах наших предков». Вот несколько строк из другого: «За сорок лет существования вблизи жилого массива городская свалка завалила мусором не только отведенный под нее отработанный карьер, но и природный ландшафт, что является экологическим бедствием. Просим принять окончательные меры по закрытию городской свалки и выводу ее за черту города». В одном из писем – оно коллективное, подписанное чуть ли не всем взрослым населением хутора — буквально звучит SOS. Жители ставят в нем два главных вопроса: что делается по газификации и когда все-таки решится вопрос о закрытии свалки. «Ждать больше невозможно. Свалка разрослась, она горит днем и ночью, облако дыма постоянно стоит в воздухе, люди жалуются на удушье и головную боль… А мы все терпим и ждем милостей от городских властей, ждем, когда же построят … мусороперерабатывающий завод. Только свалка-то куда исчезнет? Она же так и будет дымиться. Это просто крик души и конец всякому терпению жителей нашего поселка!»
На свои письма Ильяс Исламович регулярно получает ответы, лаконичные и пространные, не дающие никакой надежды или внушающие определенный оптимизм. Чиновники аккуратно отвечают, реагируют, проводят проверки изложенных фактов, информируют о ходе целевых проверок несоблюдения экологических требований, о выявлении нарушений и привлечении к административному наказанию ответственных лиц, об осуществлении работ по отсыпке грунтом склона полигона и мерах по недопущению возгорания отходов …
Однако воз и ныне там. Вон они, эти уродливые терриконы, — в непосредственной близости от жилых строений, они видны практически из каждого окна дома, они распространяют неприятные запахи в любую погоду, источают удушливую гарь при малейшем возгорании, усеивают окрестности легкими фракциями мусора, который переносит ветер. Кстати, ученые установили, что человек, вынужденный изо дня в день созерцать неприятный пейзаж, постоянно испытывает психическую травму и становится более восприимчив к разным заболеваниям. Не говоря уж о том, что постоянно дышать задымленным воздухом, наполненным миазмами продуктов разложения и горения, – занятие само по себе для здоровья крайне вредное.
На следующий день после посещения редакции Ильясом Сиит (это было 21 сентября) журналисты «В» отправились в хутор Татарка. Бывали мы там, конечно, и раньше, но с таким дотошным гидом – первый раз. «Одно время нас успокаивали скорым вводом в строй мусороперегрузочной станции и открытием нового полигона для отходов, — сетует встретивший нас Ильяс Исламович, указывая рукой на огромную, закрывающую полнеба мусорную гору, — но станцию вроде бы открыли, полигон вроде бы построили, а проблемы наши как были, так и остались: мусор высыпается и на старый полигон, и по склону съезжает в сторону хутора, легкий мусор и со старого, и с нового полигона разлетается по всем окрестностям, а сама свалка как дымилась, так и дымится…»
На склоне, обращенном к хутору, свалка в тот день активно дымила в двух местах. «Я считаю, что рекультивацию свалки проводят неправильно, технологию захоронения отходов не всегда соблюдают», — делится своим мнением Ильяс Сиит. Подошедший к нам еще один житель хутора, пожилой мужчина, с чувством воскликнул: «Мы нужны, когда грядут выборы. А потом о нас забывают. Газ в хутор так и не провели. Свалка житья не дает. Ну нельзя же в столице казачества иметь свалку прямо в доме! Когда она горит, а случается это часто, мы все стоим, держа наготове ведра с водой, охраняем наши дома, чтобы огонь на них не перекинулся по траве».
От глобальных проблем переходим к более мелким. «Клуб у нас третий год не работает, здание постепенно рушится, — рассказывает И. Сиит. — А вон, рядом с ним, видите, деревья спиленные кучей лежат? Это прошлой осенью по распоряжению помощника мэра их сюда сгрузили горой, мол, жителям печки топить пригодится. А как эти огромные стволы распилить? Население-то у нас пожилое в основном».
Справедливости ради надо сказать, что куча спиленных деревьев раньше была гораздо больше, мелкие дровеняки люди все-таки разнесли по дворам, а вот оставшимся уготована, видимо, действительно долгая жизнь тут, у дороги.
«Вот еще одна наша достопримечательность, — показывает Ильяс Исламович на ответвление от основной дороги, ведущей мимо домов к кладбищу, — эта дорога когда-то была отсыпана тырсой, потом водопровод делали, перекопали и подняли всю. Время прошло, она уж и на дорогу не похожа стала, мы просили отремонтировать ее. Помощник мэра предложил фалом (асфальтовым ломом) отсыпать. Мы согласились, но вместо фала сюда с разобранной прачечной роддома битого кирпича навезли, к тому же, огромными кусками. Нам говорят: вы их разбейте, измельчите сами. Еще раньше куски старой бани нам сюда привозили. Если у нас свалка рядом, так что, и хутор в отхожее место превращать можно? Весь мусор нам сюда свозить?».
К избранному в 2010 году мэру председатель мусульманской общины насчет свалки не обращался, но просил помочь с благоустройством поселка и ремонтом клуба.
«Главе Администрации г. Новочеркасска А.И. Кондратенко от председателя местной мусульманской общины И.И. Сиит:
Анатолий Иванович!
Мусульманская община города Новочеркасска свидетельствует Вам свое почтение и настоящим обращается с нижеследующим.
Во-первых, поздравляем Вас с избранием Главой Администрации г. Новочеркасска.
Во-вторых, просим глубоко вникнуть в проблемы х. Татарка и принять кардинальные меры по его благоустройству и сохранению культурного наследия. Ведь здесь живут люди, а не бомжи, хотя бомжи тоже люди. К своему письму прилагаем краткое историческое описание х. Татарка на пяти листах.
Пользуясь случаем, возобновляем уверения в искреннем уважении. С добрыми молитвами и наилучшими пожеланиями».

Примерно через месяц из Администрации был получен вполне исчерпывающий ответ:
«Рассмотрев Ваше обращение от 13.04.10 года, сообщаю.
Для выполнения работ по благоустройству тротуаров, дорог в х. Татарка планом на 2010 год средства не предусмотрены. Клуб на балансе МУ ДГХ не значится.
ВрИО директора МУ ДГХ К.Г.Денисенко».

«Я и СМИ привлекал к освещению наших проблем, сейчас пошел уже по второму кругу, — признался Ильяс Сиит. — За последние несколько лет о Татарке писала практически вся новочеркасская пресса, сюда приезжали из областной газеты и с телевидения. После выхода в свет очередного материала хоть чуть-чуть что-то сдвигалось с места, поэтому, я думаю, вновь пришла пора нам напомнить о себе. Нам не хочется мириться с тем, что наш хутор – как пасынок в семье. В хуторе проживают потомки казаков татар с бытом и укладом жизни предков. В былые времена у нас были мечеть и татарская школа грамотности. После революции хуторяне работали кто в колхозе, кто на предприятиях Новочеркасска. Во время Великой Отечественной войны многие защищали на фронте Родину. Мы бы очень хотели памятник небольшой поставить землякам, не вернувшимся с войны. Поддержки пока не нашли, зато один бизнесмен предложил как-то… увековечить свое имя, переименовать наш хутор в его честь. Жители решительно отказались это делать. Мы хотим сохранить память о донских казаках, их истории и культуре. Если мы не будем о них помнить, кто вспомнит о нас?».
Голоса жителей хутора Татарка с призывом обратить внимание на их беды еще звучат. Но в них все больше отчаяния, чем надежды, как в песне Высоцкого: «Спасите наши души! Наш SOS все глуше, глуше…»
row['name']

Комментарии (0)

Добавить комментарий