Сегодня: 18 сентября 2019, Среда

Новая книга

Это любимый девиз бывшего генерального конструктора вертолетов М.Л. Миля (1909-1970 г.г.). Сейчас мало найдется людей, не знающих этого имени. Ведь вертолеты семейства «Ми» давно и прочно завоевали мировое признание. И по качеству и по количеству они самые, самые… Каждый пятый вертолет в мире — наш «Ми». Практически все мировые рекорды принадлежат милевским винтокрылым машинам. Именно машинами (женского рода) называл Михаил Леонтьевич свои создания и добивался того, чтобы они были не только надежными, но и красивыми.
А каким был сам Миль, что мы о нем знаем, кроме того, что он проектировал вертолеты? Теперь появилась возможность ближе познакомиться с этим незаурядным человеком. Издательство «Вертол» (Казань) недавно выпустило в свет книгу «Михаил Миль. Жизнь из двух половин». Составили книгу дочери Миля Надежда и Елена. Прекрасное получилось издание и по содержанию и в полиграфическом отношении.
В конце ноября сестры Миль побывали в ЮРГТУ (НПИ), представили новочеркасцам свою книгу. Некоторые из присутствовавших на презентации стали счастливыми ее обладателями. Я прочитал эту замечательную книгу и хочу поделиться тем, что узнал об одном из выдающихся питомцев нашего политехнического.
Родился Миль в Иркутске в 1909 году. Его отец был служащим-железнодорожником, красавица мать — зубным врачом. В семье было трое детей — дочь и два сына. Все они получили хорошее образование. Кроме обучения в школе им давали уроки немецкого языка и музыки. С Мишей, которому нравилось рисовать, занимался профессиональный художник. В начале ХХ века молодежь увлеклась авиацией. Это увлечение не обошло и юного Миля. В 8 лет он делает первую модель самолета, а в 12 — участвует в конкурсе авиамоделистов. В своем детском дневнике он записал: «Я буду строить самолеты».
Окончив школу, Миль поступил в Томский технологический институт, но после первого курса был отчислен как чуждый элемент (у родителей были мягкие стулья!). Чтобы получить возможность дальнейшего обучения в вузе Михаил поступил в химлабораторию кожевенного завода и через год получил нужную характеристику. С ней он поехал в Москву и поступил направление на авиационное отделение Донского политехнического института.
В следующем (1928) году Миль познакомился с Прасковьей (Панной) Руденко, родом из ст. Морозовской Ростовской области. В 1929 году они стали мужем и женой и прожили вместе 42 года, до кончины Миля. Их совместная жизнь — пример неувядающей любви, взаимопонимания и постоянной поддержки друг друга.
Первую треть книги составили воспоминания Паны Гурьевны. Она писала их после смерти мужа в течение десяти лет, но издать не успела.
Встреча Паны с Милем изменила ее намерение стать теплотехником. Она училась на паровозостроительном отделении, но по его настоятельной просьбе перевелась на авиационное и с тех пор их жизненные и профессиональные интересы полностью совпадали. В числе их преподавателей были знаменитый профессор В.И. Левков, создатель первого в мире судна на воздушной подушке, профессор Горячев, читавший лекции по аэродинамике самолетов и другие. Кстати, аэродинамический факультет, который послужил базой для Новочеркасского авиационного института, размещался в механическом павильоне (теперь энергофак). Пана Гурьевна считала его похожим на классический греческий павильон (?). А вот как она охарактеризовала Крытый двор: «В центральном здании Новочеркасского политехнического института был огромный белый зал с колоннами (выделено мной — В.Р.), в нем при царе давались балы». Воспоминания эти писались пятьдесят лет спустя после окончания института, поэтому вполне простительна ошибка автора, назвавшего пилястры Крытого колоннами. Видимо, перед ее глазами была величественная колоннада портика главного корпуса. Да и институт в 20-х годах назывался не Новочеркасским, а Донским политехническим.
Уже на третьем курсе Миль увлекся необычными летательными аппаратами — автожирами и геликоптерами (вертолетами) и самостоятельно занялся их изучением. В результате попал на практику в ЦАГИ (Центральный аэрогидродинамический институт), а после окончания института летом 1931 года, был приглашен туда на работу. Молодой инженер с энтузиазмом занялся вопросами аэродинамики роторов. В начале 1933 года он уже возглавил бригаду специалистов. О нем говорили: «Мальчик растет». Рядом работала его жена. Оба занимались общественной работой. Тут Пана, как комсомолка, была ведущей. Юношеский энтузиазм Миля поражал окружающих. Он вникал в самые разные вопросы теории и практики вертолетостроения. В 1939 году он завершил фундаментальный труд «О динамике несущего винта с шарнирным креплением лопастей при криволинейном движении». Эта работа была опубликована в Германии и Англии.
Началась война. С августа по октябрь 1941 инженер-лейтенант Миль находился на фронте, где проводились испытания автожиров в боевых вылетах. Когда попытки корректировать с них огонь тяжелой артиллерии не увенчались успехом, их стали использовать для полетов в тыл противника, доставляя партизанам продовольствие и медикаменты. И в боевой обстановке Миль находил время писать жене пространные письма, вести дневниковые записи, рисовать! (В книге помещены два карандашных портрета его боевых товарищей).
Видя беззащитность бойцов перед немецкими танками, Миль сконструировал и сам испытал противотанковое ружье, стрелявшее реактивными снарядами. К сожалению, в серию оно не пошло. Очень тяжелым для Михаила Леонтьевича оказался 1942 год — умерли его мать и пятилетний сын, погиб на фронте брат Яков. А он работал день и ночь. Занимался ответственной, очень нужной фронту работой — управляемостью и устойчивостью боевых самолетов. В 1943 году защитил кандидатскую диссертацию, а в 1945 — докторскую. Его работа во время войны была отмечена пятью правительственными наградами. А любимая жена родила ему двух дочек.
В 1946 году Миль возвращается к вертолетам и начинает проектировать свой первенец Ми-1. В 1947 г. он становится главным конструктором специального конструкторского бюро со штатом 25 человек. В 1949 г. Ми-1 успешно прошел государственные испытания. Но путь генерального конструктора не был усыпан розами. Две аварии с Ми-1 (один пилот погиб) чуть было не поставили крест на его карьере. Но он не сдался и победил. В 1952 году Ми-1 одобрил сам Сталин. После этого пошли заказы на вертолеты разного назначения. За Ми-4 Миль и ряд его сотрудников были удостоены Ленинской премии (1958 г.). В 1966 году он стал Героем социалистического труда. Постоянная напряженная работа подрывала здоровье конструктора. Первый раз он серьезно заболел, когда ему было всего 43 года. После пятидесяти ему приходится постоянно лечится. Высокое кровяное давление и бессонница привели к инсульту, который случился в 1967 году. В это время шла доводка последнего детища Миля — В-12 — отмеченного государственной премией СССР. О нем он говорил жене: «Пана, мне, вероятно, больше уже не придется создать ничего принципиально нового, но верь мне, это лучшая машина, которую мне удалось создать». А Пана Гурьевна в связи с этим писала: «Вертолет-гигант В-12 стал лебединой песней Михаила Леонтьевича. Всего себя, всю силу и страсть сердца, колоссальный опыт конструктора он отдал этой машине. …Изнурительная, тяжелая работа, ряд неудач, неизбежных в таком сложном деле, привели к нескольким инсультам».
В конце 1969 года на В-12 был установлен фантастический рекорд, вертолет поднял 40 тонн полезного груза на высоту 2250 метров. На авиасалоне в Ле Бурже в 1971 году сын Игоря Сикорского Сергей сказал: «Перед инженерно-техническим сооружением, каким является В-12, можно только снять шляпу».
Думаю, что и художники по достоинству оценят работы Миля — художника. В книге помещено 15 цветных репродукций милевских акварелей. «Рисование было для него, — писала жена, — потребностью, выражением его легкой души, отдохновением после напряженного труда». Он рисовал постоянно. Его конструкторские разработки начинались с рисунков общего вида и отдельных элементов будущей машины, потом выполнялась пластилиновая модель. Не расставался Миль с красками и кисточками будучи на отдыхе и даже в больнице. Ему в равной степени удавались натюрморты, портреты и пейзажи. Познакомившись с легкими, прозрачными акварелями Максимилиана Волошина он пытался работать в его манере. Об этом свидетельствует его серия коктебельских акварелей. Более того, Миль организовал выставку акварелей Волошина (тогда его творчество было под негласным запретом) в ДК вертолетного завода. Потом эту выставку показали в Ленинграде, Симферополе и других городах.
Миль считал своей обязанностью помогать людям. Заботливо относился к членам коллектива завода. Был заботливым, любящим мужем и отцом. Дочери пишут: «Генеральный конструктор вертолетов, имя которого — синоним беззаветного служения единожды выбранному делу, жесткость и принципиальность в отстаивании своих идей, в личной жизни был поразительно тонким, лиричным и глубоко чувствующим человеком, несомненно обладающим и литературным даром!». В этом убеждают приведенные в книге письма Михаила Леонтьевича, отрывки из его дневников, газетные и журнальные статьи.
Нынче письма воспринимаются как «пережиток прошлого». Электронное письмо куда ни шло, но чтобы в конверте — увольте! А еще сорок-пятьдесят лет назад это было вполне нормальным способом общения.
Из письма Миля жене. 3 мая 1963 года. Кунцевская больница. «…Нужно было думать о жизни, чтобы выдержать двадцать первый криз и не остаться инвалидом. Вентиляционные решетки нахально плясали по новой бледно-зеленой стене. А я задумался о жизни. Что можно сказать о жизни? Она ведь из двух половин, и одна из этих половин — любовь.
…Только я всегда любил тебя — как фон неба и леса на весеннем пейзаже, какая бы развалящая банька не вылезла на первый план!»
Заслуживает внимания еще одна грань разносторонне талантливого Миля — это умение создавать коллектив единомышленников. Эта особенность его личности представлена в книге в воспоминаниях людей, работавших рядом с Михаилом Леонтьевичем и продолживших его дело.
Среди множества эпизодов, связанных с решением сложных организационных или технических задач коллеги отмечали и моменты, в которых их руководитель выступал в совершенно иной роли. Бывший начальник отдела МВЗ Михаил Захаров пишет: «В жизни Миля немалое место занимала живопись. Он писал много картин (портреты дочерей, пейзажи, натюрморты), которые неоднократно выставлял в клубе завода. …Миша был удивительно разносторонней личностью. Помню, когда мы бывали в командировках в Ростове, то после трудного рабочего дня иногда выходили компанией на берег Дона, беседовали, а Миль часами мог декламировать стихи…».
Когда я впервые полистал эту книгу, а потом начал читать, решил, что обязательно напишу о ней, а главное — о человеке, которому она посвящена. И заголовок статьи возник сам собой: «Леонардо ХХ века». Однако в ходе чтения я встретил строки вдовы Миля, которые заставили меня отказаться от этой затеи. Она писала: «Читаешь иногда статьи наших журналистов о Михаиле Леонтьевиче и диву даешься: как будто все новое появилось помимо его усилий и таланта. Если он сделал что-то новое, немедленно вспоминают Леонардо да Винчи — вот кто первооткрыватель, вот кто родоначальник…»
Миль был не только ученым и гениальным конструктором. Он обладал незаурядными организаторскими способностями. Благодаря ему появилась новая подотрасль авиационной промышленности — вертолетостроение. И при всем этом он был лирик — любил живопись, литературу, проявлял заботу о ближних. Тут любое сравнение может оказаться неуместным.
Миль это Миль — Человек с большой буквы!

Комментарии (0)

Добавить комментарий