Сегодня: 17 декабря 9822, Вторник

Как это было

(Окончание. Начало в № 5).

Очень плохо было с кадрами воспитателей. Педагогов в городе было очень мало. Но и просто подходящие для работы в детских учреждениях люди находились с трудом. Многие из сотрудников Детгородка шли работать в детдома, только чтобы иметь кусок хлеб в послевоенный период разрухи и неразберихи. Им были глубоко безразличны и проблема беспризорности, и судьбы детей-сирот. Об этой и о других проблемах происходил разговор на ежегодных конференциях воспитанников детских домов.
Так, в 1925 году в конференции принимали участие 250 делегатов-детей и подростков. Они представляли более чем пятитысячную армию воспитанников Красного Детгородка. Внимание было уделено следующим вопросам: 1) Как живется в разных детдомах. 2) Какие где есть недочеты. 3) Какие достижения в борьбе с беспризорностью. 4) Как следовало бы вести дело дальше и к чему надо стремиться. Дети говорили о том, что в детских домах живется еще очень скудно. Не хватало одежды, обувь была не у всех. Плохо было с мебелью, учебниками. Ребята из подросткового дома № 2 жаловались, что не хватает самой необходимой мебели: приходится спать на кроватях по двое. Беспокоились они и о том, что в свободное время им нечем заняться, так как нет интересных кружков, а воспитателей в детдомах так мало, что, устав от хозяйственных обязанностей, они просто не в силах уделять нужное внимание детям, организовывать их досуг, проводить воспитательную работу.
Часто сотрудники злоупотребляли своим служебным положением, используя имущество детдомов для своих личных нужд, а воспитанников — как бесплатную и бесправную рабочую силу. Поэтому были нередки случаи побегов из детдомов, а найденные беглецы ни за что не хотели возвращаться. Скудное, впроголодь, питание толкало детей на кражи и без того немногочисленного имущества. Газеты того времени полны сообщений о том, что воспитанники детдомов воруют белье и инвентарь и продают его на толкучках.
Первые радостные газетные статьи о том, как замечательно все организовано, как здорово работают мастерские, заваленные заказами, выращивая будущую рабочую смену строителей коммунизма, сменились заметками, старавшимися привлечь внимание к серьезным проблемам Детгородка. Оказалось, что организовать работу мастерских сложно из-за нехватки сырья и инструментов. Первый порыв угас, а вопросы снабжения сырьем, обеспечения кадрами мастеров решать было некому.
В газете «Молоток» от 18 марта 1925 года в заметке «Ближайшие задачи детдомов» автор, С. Гуров, пишет о положении новочеркасских детдомов: «Недостаток питания, плохое и неполное обмундирование, постоянные нехватки в оборудовании: всё это на глазах у всех, все это знают и все ежедневно указывают и детгородку и прокуратуре. Но в жизни детдомов есть целый ряд пробелов невидимых или плохо видимых непосвященному взгляду — я говорю о постановке воспитательной части детдомов, о работе воспитателей». Далее автор с большой тревогой говорит о том, что воспитанники детдомов большую часть времени ничем не заняты или занимаются неинтересными для них делами. Особенно плохо обстоит дело с переростками, которым уже пора выходить в самостоятельную жизнь. Из-за плохой организации работы мастерских, из-за вечного недостатка сырья и хороших мастеров-руководителей, очень много подростков не имеют специальности. Автор заметки требует от руководства Красного Детгородка «…во что бы то ни стало организовать достаточно широко мастерские и прежде всего — сельскохозяйственный труд».
Особенно остро стоял вопрос об организации сельхозтруда среди воспитанников детдомов потому, что надежды на удовлетворительное и регулярное снабжение их продуктами было очень мало. В этот период, 1923-1926 годы, приходилось рассчитывать только на собственные силы. Там, где позволяли условия, при детдомах разбивались огороды, и воспитанники своим трудом обеспечивали себе сносное пропитание. Так, большой двор бывшей мужской гимназии, а теперь школы-коммуны № 2, был превращен в огород. Решение организовать на этом месте спортплощадку пока не находило отклика. Вообще в этот период сельскохозяйственному труду уделялось повышенное внимание. В Новочеркасском Детгородке появился сельскохозяйственный детский дом. Для него были выделены земли в пойме реки Тузлов, бывшие угодья «Телюляевой дачи», ранее принадлежавшие огороднику-болгарину Телюляеву. Позже, в начале тридцатых годов, у этого детского дома были свои лошади, и даже трактора.
В начале двадцатых годов, несмотря на очень большие трудности, жизнь в детских домах потихоньку налаживалась. Все больше воспитателей, настоящих энтузиастов, приходили в детдома. Особенно большие надежды возлагались на работавший в то время в Новочеркасске учительский институт. Туда направлялась для учебы молодежь именно для того, чтобы обеспечить новыми педагогическими кадрами находящиеся в критическом положении детдома Красного Детгородка. Молодые педагоги старались научить ребят жить по-новому, раскрыть перед ними перспективы будущей справедливой жизни при коммунизме, когда главным критерием будет труд.
В детских домах стали образовываться комиссии самоуправления и комитеты общественной взаимопомощи (КОВы). На эти органы возлагались задачи распределения продуктов и инвентаря среди воспитанников; теперь сами дети отвечали за сохранность мебели, белья, одежды, следили за чистотой в помещениях. Эта попытка перестройки работы детдомов давала первые результаты. Так, в выступлениях на ежегодных конференциях, в газетных публикациях сами воспитанники рассказывали об улучшении положения в их домах, о том, что они чувствуют личную ответственность за санитарное состояние, за испорченную одежду, сломанную мебель.
Серьезную роль в воспитании нового отношения к своей жизни, к своему будущему играли повсеместно организовывавшиеся в этот период пионерские отряды, комсомольские ячейки. Ребята из железнодорожного детского дома № 3 писали в газету: «Наш детдом — пионер, 60 нас и все пионеры… Плохо было, одежи и белья было мало… Когда стали хорошо кормить, мы просили, чтобы нам уменьшили порцию, а купили бы белья. Теперь у нас по три смены, а одно пальто носится по четыре года — мы сознаем, бережем — вот у нас все и есть». Тем не менее, положение детдомов новочеркасского Красного Детгородка продолжало оставаться тяжелым. Спустя пять лет после его организации в отчетах и публикациях снова и снова поднимаются вопросы недостаточного снабжения продуктами, а особенно инвентарем и оборудованием, дети спят на кроватях по двое, по-прежнему не хватает учебников, мастерские не выполняют свои функции.
Для того, чтобы как-то разрядить ситуацию, государство пошло на новый шаг. В апреле 1926 года ВЦИК и СНК было подписано постановление о порядке и условиях передачи воспитанников детских домов в крестьянские семьи для подготовки к сельхозтруду. Затем появилось постановление о передаче детей-сирот из детдомов в семьи ремесленников-кустарей. Государство, таким образом, старалось с наименьшими усилиями подготовить будущих тружеников сельского хозяйства и рабочие кадры для предприятий. Но тут возникла очень интересная ситуация. Вывод детей в крестьянские семьи был как-то продуман, были созданы условия, делавшие это мероприятие привлекательным для сельских тружеников. Так, каждый воспитанник, уходивший в крестьянскую семью, должен быть обмундирован и получал денежное пособие в размере 50 рублей. Кроме того, согласно распоряжению властей, крестьянский двор получал на него земельный надел, освобожденный от единого сельхозналога на три года. Тем не менее, детей в крестьянские семьи брали весьма неохотно. По сведениям на март-май 1927 года, выведено из детдомов к опекунам 140 человек, в крестьянские семьи — 17, на самостоятельную жизнь — 16, бежали — 82 человека.
Еще хуже обстояло дело с передачей детей-сирот в семьи кустарей и ремесленников. Дело в том, что в этот период — 1924-1927 годы — существовал закон, согласно которому кустарь-ремесленник, имевший больше одного подмастерья, лишался избирательных прав. Понятно, что вывод детей-сирот в семьи ремесленников оказался под вопросом. Требовалось вначале упорядочить законодательство. Все же процесс разгрузки детдомов Красного Детгородка шел достаточно интенсивно. Максимальное число воспитанников зафиксировано к началу 1926 года — 5200 человек. Затем от года к году эта цифра понижается. На 1 сентября 1927 года, согласно данным отдела народного образования, детских домов в Новочеркасске двадцать девять, детей в них — 3 098. Педагогического персонала — 122 человека. Это, в среднем, по 25 человек на одного воспитателя. Учитывая контингент детей и круглосуточную работу, нагрузка получалась большая. Но, не смотря на все трудности, часто объективные, а во многих случаях вызванные бесхозяйственностью, безалаберностью в работе на местах, ситуация с детской беспризорностью изменялась к лучшему.
Потихоньку налаживалась воспитательная работа в детдомах, хотя еще долгие годы ее с натяжкой можно было назвать удовлетворительной. Но ширилось по стране пионерское движение, росло число комсомольцев. Все больше их становилось среди обитателей детских домов. На пионеров возлагалась обязанность подтягивать дисциплину среди воспитанников, следить за распределением продуктов и белья, стараться, чтобы новенькие ребята, только с улицы, не вносили бы разлада в уже сформировавшиеся детские коллективы и скорее привыкали к дисциплине и внутреннему распорядку. Комсомольские ячейки были мостом в полноценную общественную и рабочую жизнь.
В итоговом документе конференции воспитанников детдомов 1925 года говорилось, что хотя более двух тысяч воспитанников посещают школы, но есть серьезная необходимость открыть школы в самих домах, особенно для переростков, которые хотят учиться.
Много внимания было уделено вопросам материального обеспечения, подчеркивалось, что сами воспитанники должны заботиться о сохранности мебели, одежды, пособий. Говорилось и о более широком охвате пионерским и комсомольским движением детских домов. Несмотря на то, что материальное положение детских домов продолжало оставаться тяжелым даже в тридцатые годы, новочеркасский Красный Детгородок выполнял свою задачу — ликвидировать беспризорность и воспитывать будущих строителей коммунизма. Он оставил добрый след в душах тысяч советских людей, которые не только были спасены от голодной смерти и болезней, но, находясь в детском доме, получали школьное образование, специальность, возможность в дальнейшем учиться в вузах.
С 1924 года в системе детдомов Новочеркасска работала врач Елена Павловна Колесникова. Она скончалась в 1960 году, и, узнав о ее смерти, одна из бывших воспитанниц сельскохозяйственного детдома, директором которого был в то время Николай Иванович Коновалов, написала очень трогательное письмо сыну Елены Павловны. В нем она вспоминает о том, как заботились о детях в детском доме, как их лечили и учили, прививали полезные навыки и умения, любовь к труду. Эта женщина, фамилия и имя которой, к сожалению, не сохранились, вспоминает имена некоторых воспитанников. «Куликовский Коля — консул в Турции. Федя Евликов — депутат Верховного Совета, живет в Москве». Среди выпускников мелиораторы, агрономы, офицеры.
Переживший неимоверные трудности в двадцатые годы, новочеркасский Красный Детгородок стал одной из интереснейших страниц жизни нашего города, важной вехой в его истории. Он прекратил свое существование осенью 1930 года, когда было принято решение вывести из Новочеркасска в разные места Азово-Черноморского края целый ряд учреждений, таких, как дома престарелых, женская колония, все детдома для детей школьного возраста с целью разгрузить город. В дальнейшем, новочеркасские детские дома функционировали как отдельные воспитательные учреждения.
К сожалению, нынешняя ситуация в стране заставляет нас вспоминать прошлое, сравнивать. И частенько сравнение бывает не в пользу нашего времени. Это, в частности, относится и к детской беспризорности. Но, вспомнив, в каких условиях и с какими результатами боролась с беспризорностью наша страна в 20-е годы, мы надеемся, что и сейчас не выпустим ситуацию из-под контроля и спасем наших детей для будущего нашей страны.

.

Комментарии (0)

Добавить комментарий