Сегодня: 18 декабря 7379, Суббота

О том, о чем вы сегодня прочитаете, сотрудник Музея истории донского казачества Л.В. Крайсветная сделала доклад на Платовских чтениях, посвященных 200-летию Новочеркасска. Материал вошел и в сборник, выпущенный по итогам чтений. Однако он не стал достоянием широкого круга слушателей и читателей. А жаль, потому что эта страница истории нашего города очень интересна.
С любезного согласия Людмилы Владимировны Крайсветной мы публикуем рассказ о «Красном детгородке» в Новочеркасске.

Как это было

Второе десятилетие двадцатого века складывалось для России трагически. Империалистическая война истощала силы народа, разрушала экономику. На смену ей пришли революционные события 1917 года, гражданская война, интервенция, блокада. Самым страшным бедствием этого времени стали толпы беспризорных детей, заполонившие все крупные и не очень крупные города России. Особенно угрожающие размеры беспризорность приняла в 1921 году, когда к жертвам первой мировой и гражданской войн добавились жертвы голода, охватившего в это время Поволжье и ряд других регионов. К 1922 году общее число беспризорных по стране исчислялось почти в семь миллионов человек. Беспризорность выросла в громадную проблему, государственную и общественно-педагогическую.
Новая власть оценила проблему воспитания детей как одно из центральных звеньев нарождающегося социалистического быта. В резолюции первого Всероссийского съезда деятелей по охране детства, проходившего в Москве в феврале 1919 года, говорилось: «Детские трудовые коммуны должны служить орудием разрушения буржуазно-семейного начала. Организуя жизнь на коммунистических началах, они не только подготовляют будущих граждан-коммунистов, но и во время своего строительства служат очагами коммунизма, стимулами и гарантией переустройства общества взрослых на новых началах». Согласно одному из постановлений о борьбе с беспризорностью начала 20-х годов, в детских домах обязательно предусматривались 10-15% мест для детей, имеющих обоих родителей. Правда, в годы наибольшего подъема волны беспризорности основная задача государственных органов сводилась к организации «скорой помощи» в целях спасения детей от голодной смерти и от эпидемий. Этой задаче служили тысячи разбросанных по стране бараков, детских столовых, ночлежек и других подобных учреждений, организованных наскоро. Конечно, речь тогда шла об удовлетворении элементарных потребностей, связанных с задачей спасения детей от физического вырождения. Ни о какой воспитательной работе не могло быть и речи. Такая ситуация сохранялась до 1923 года, когда некоторая стабилизация политической обстановки и нормализация экономической ситуации позволили взяться за решение проблемы детской беспризорности со всей решительностью.
По всей территории Советской России взамен временных ночлежек и приютов начали организовываться детские дома, где детей нужно было не только кормить и давать им крышу над головой, но и стараться воспитать из деклассированных элементов, малолетних преступников будущую сознательную основу нового пролетарского государства. Существование советских детских домов было тогда очень сложным. Несмотря на то, что государство старалось выделить максимально возможные средства на организацию и оборудование детдомов, денег, как правило, не хватало. И в детских домах дети были полураздеты и питались впроголодь. Но, по крайней мере, новые педагогические кадры старались внушить своим воспитанникам, что они — нужные люди, что страна надеется на их сознательность, на то, что именно они будут строить светлое будущее для всей новой России. Дети переставали чувствовать себя никому не нужными, бесполезными отбросами общества.
Так как старая дореволюционная система воспитания детей-сирот не соответствовала новой идеологии, время организации советских детских домов стало временем многочисленных педагогических экспериментов, многие из которых давали хорошие результаты. Детские дома организовывались, прежде всего, по возрастному принципу. Открывались дошкольные, школьные и подростковые детские дома. Кроме того, были детдома для детей с физическими недостатками — слепых, глухих, увечных. Существовали и трудовые коммуны — для детей старшего возраста и подростков, не посещавших школу или проучившихся очень небольшое время в силу обстоятельств. И уже в 1918-1919 годах стали создаваться такие детские учреждения, как детские городки.
Первые детские городки возникли в 1918 году как опытные учреждения в Москве, Киеве, Одессе. Они объединяли детские учреждения различного типа: приемники, дошкольные, школьные и подростковые детские дома, школы, клубы, мастерские, сельские хозяйства, а также учреждения бытового обслуживания: столовые, прачечные, бани и т. д. Все они должны были находиться на одной территории, объединялись едиными органами управления и самоуправления и единым педагогическим и хозяйственным планом работы. По сравнению с другими детдомами детские городки имели усиленную материальную базу, более квалифицированный состав работников. Правда, позже было выявлено много существенных недостатков в работе детгородков. Это, прежде всего, замкнутость и оторванность детей от общественно-трудовой жизни Советского государства. Воспитанники этих учреждений оказывались неподготовленными к самостоятельному существованию, после выхода из детдома им было сложно начать трудовую деятельность, создать семью. Кроме того, работа детгородков осложнялась и чрезмерно большим количеством детей. Большая советская энциклопедия (том 21, вышедший в 1931 году), как пример приводит новочеркасский Красный Детгородок с более чем пятью тысячами воспитанников. Он был одним из крупнейших в стране.
Решение об организации детского городка в нашем городе появилось в начале 1923 года. В это время количество беспризорных в крупных населенных пунктах Дона было огромным. Особенно много их стремилось жить в Ростове — городе шумном, торговом, где можно было легко прокормиться и просуществовать в относительно мягкие ростовские зимы. Там число беспризорных переваливало за восемь тысяч. Тем не менее, городские власти старались справиться с ситуацией. Открывались все новые детдома и детприёмники. Большинство ребят в них были подростки 13-15 лет. Главной своей задачей в это время руководство детдомов считало адаптацию детей к жизни в новых условиях советского строя, обучение их ремеслу и рабочим профессиям, чтобы в дальнейшем они сами могли содержать себя и приносить пользу обществу. Но вмешался жилищный кризис. Все больше домов передавалось под детдома, все больше требовалось жилья для рабочих возрождающихся ростовских предприятий. Строить новые здания не было пока никакой возможности. Руководство Донской области решило вывезти ростовские детдома в другое место. Тогда и возникла идея: собрать всех беспризорников области в одном месте — организовать Детский городок, и организовать его в бывшем гнезде контрреволюции — Новочеркасске.
В апреле 1923 года газета «Трудовой Дон» в большой заметке, посвященной этому вопросу, писала о Новочеркасске: «Здесь впервые родилась дерзкая мысль: полуразрушенный, гнилой город полковников и коллежских асессоров превратить в крупный центр коммунистического воспитания». Следующие публикации — образец социалистического оптимизма: «В недалеком будущем Новочеркасск будет обладателем 10 000 детей. Он превратится во Всероссийский детгородок». «Сейчас ведутся подготовительные работы к приему новой большой партии в 4000 человек. Уже подыскано для этой цели 31 здание. Сметы составлены. Если кредиты не запоздают, в мае все здания будут отремонтированы… Среди детей огромное желание учиться… На ходу швейная мастерская, столярное и жестяное производства… Все мастерские завалены работой. Одними воинскими частями заказана 1000 пар белья».
Всеобщее стремление поскорее решить проблему беспризорности натолкнулось, однако, на очень серьезные препятствия. Во-первых, невозможно было организовать комплекс детских домов на единой территории. В Новочеркасске под детдома приспосабливались помещения бывших учебных заведений, дома, оставленные хозяевами в ходе революции и гражданской войны, войсковые здания. Практически все они находились в плохом состоянии, требовали крупного ремонта, а то и перестройки. Денег на это, естественно, не хватало. Вторая серьезная проблема — нехватка педагогических кадров. Но, несмотря на все трудности, новочеркасский Красный Детгородок начал работать.
Первый десяток лет его существования — это титанические усилия по преодолению немыслимых трудностей. Согласно сведениям о детдомах по Донской области, к августу 1923 года в Новочеркасске было открыто уже двадцать шесть детдомов. При этом отмечалось, что срочный перевод из Ростова уже достаточно организованных, налаженных детских домов привел к практически полному разрушению их работы. Кроме того, в Ростове детдомовцы были ориентированы на овладение рабочими профессиями, на работу на многочисленных промышленных предприятиях большого города по выходе из детдома. На этих предприятиях подростки также имели возможность получить жилье в рабочих общежитиях. Все эти условия полностью отсутствовали в Новочеркасске. А дети, переводившиеся сюда из сельских детдомов, теряли связь с землей и возможность овладения хлеборобскими профессиями.
С детскими домами в Новочеркасске сложилась катастрофическая ситуация. В середине августа 1923 года областной отдел народного образования решил провести обследование состояния детских домов новочеркасского Красного Детгородка.
Результаты обследования потрясают своим драматизмом. Самым серьезным недостатком, становившимся причиной многих других бед, было мизерное финансирование работ по организации Детгородка. Не хватало денег на ремонт, на закупку оборудования и одежду, на зарплату педагогам. Очень плохо было с продовольствием. Отчет о состоянии детдомов новочеркасского Красного Детгородка называет положение катастрофическим. Практически все здания, выделенные под детдома, нуждались в срочном ремонте. Ни в одном из них не работал нормально водопровод, если он был, канализация была выведена из строя. Большинство зданий, отведенных для Детгородка, были не приспособлены для проживания такого большого количества детей. Например, детские дома были открыты в зданиях Атаманского дома и Дворянского собрания. Большие по площади помещения с высокими потолками было очень трудно, почти невозможно хорошо отопить, навести хотя бы минимальный уют. Как отмечалось в отчете, на каждого воспитанника приходилось по 3.07 квадратных метра площади. «Все дети спят по двое, а то и по трое, кроме двух дошкольных детдомов». Обеспеченность оборудованием — 50%. Нет посуды, ножей, вилок, кухонной посуды. Питание было совершенно недостаточным. Выходило — хлеба на человека один фунт, каша и овощи — приварок (капуста, картофель и лук). Все это приводило к большому росту заболеваемости и предрасположенности к болезням. Большое количество детей попадало в Новочеркасск из расформировывавшихся ростовских и сельских детдомов. Одним из основных условий перевода было обеспечение ребят одеждой, обувью и сменой нательного белья. Но, зачастую, обмундирование оказывалось ветхим, быстро приходило в негодность. Очень скоро обитатели новочеркасских детдомов «по виду ничем не отличались от беспризорной кодлы».
После проведенной проверки газета «Советский Юг» в августе 1923 года сообщала уже с меньшим энтузиазмом: «С начала нового отчетного года (к октябрю месяцу) намечено открытие в течение предстоящей осени и зимы 25 детдомов с числом детей до 3000. Следовательно, к будущей весне в Новочеркасске будет 60 домов с детским населением в 7000 душ. Детдома на четверть обеспечены топливом и на половину — теплым платьем и обувью».
Планы по организации Красного Детгородка были впечатляющими. Воплощение их в жизнь оказалось, однако, затруднительным. Легче всего было отловить ребятишек на вокзалах, выудить их из асфальтовых котлов, с чердаков и подвалов. Их привозили в настывшие, наспех подремонтированные дома, где не хватало самых элементарных вещей: столов и стульев, кроватей и матрасов, одежды и обуви. В не очень больших по площади городских особнячках размещалось до 250 детей. Но если здания, наоборот, были слишком большими, это ситуации не улучшало. Одними из первых были открыты детские дома в помещениях Платовской гимназии, Атаманского дворца, Дворянского собрания. По поводу организации детского дома в здании Атаманского дворца, газета «Советский Юг» в августе 1923 год с большим пафосом сообщала: «Нет уже «атаманского» сатрапьего дворца; на его «высокопоставленном» месте детдом № 7 и из атаманских окон, атаманского сада, вместо командных, жандармских, тупых окриков, грозных распеканий, пьяных гнилых оргий, музыки застенков и «духовых» балов и песен, слышны веселые звонкие голоса». В газете «Трудовой Дон» от 26 октября 1923 года рассказывалось о незавидном положении детского дома № 2. Там сообщалось, что одежды и обуви на всех детей не хватает. Так, на 76 детей — 30 пар обуви и белья чуть больше одной смены. В других детдомах дело обстояло точно так же, а иногда и хуже.
Людмила Крайсветная, научный сотрудник фондового отдела Музея истории донского казачества.

(Окончание в следующем номере).

Комментарии (0)

Добавить комментарий