Сегодня: 19 декабря 2017, Вторник

Я познакомился с Романом в конце 2003 года. Готовя публикацию к Декаде инвалидов, побывал в Доме-интернате для престарелых
и инвалидов в Новом городке, поговорил с директором этого заведения Еленой Михайловной Ковшовой. Она-то и предложила мне пообщаться с Ромой Шияном, отрекомендовав его не иначе, как «компьютерный гений». Рома и вправду оказался очень неординарным человеком.

Он живёт на втором этаже первого корпуса. Очень небольшая комната. Две койки, перед окном — стол с компьютером. Войдя, я увидел Романа, очень низко склонившегося к клавиатуре. Рядом с ним стояли две женщины и что-то записывали в тетради. «Подождите, мы сейчас ещё спросим и уйдём», — сказала одна из них. «Это наши бухгалтеры пришли к Роме на консультацию», — пояснила моя провожатая, Людмила Григорьевна Досева. Гости, поблагодарив хозяина комнаты, ушли. «Вот, Рома, корреспондент к тебе, ты не против?» «Нет», — ответил Рома и обернулся. Почти ребёнок, смущённая улыбка, проницательный, чистый и глубокий взгляд. Руки и ноги живут своей жизнью и никак не желают подчиняться хозяину. Сильная спастика, затруднённая речь, ДЦП — детский церебральный паралич. Через минуту разговора я уже ничего не замечаю – полностью во власти обаяния моего собеседника. Начинаем с компьютера. Спрашиваю, когда познакомился с ним, как научился работать. Рома рассказывает, что с первым примитивным компьютером-приставкой он встретился ещё 10 лет назад, в одиннадцатилетнем возрасте.
— Там можно было играть и немного программировать. Я изучил язык программирования, постепенно совершенствовал свои знания. Сейчас создаю свои программы. Реализую свой творческий потенциал.
Компьютер Роме купили родители. Функции мыши настроены у него на клавиатуре. На ней Роман работает указкой, зажатой в зубах. На клавишу «пробел» давит подбородком.
— А ты сам откуда?
— Из Волгодонска. С семи лет живу в Новочеркасске. Сначала в детском доме-интернате закончил общеобразовательную школу-двенадцатилетку, потом переселился сюда и поступил в ЮРГТУ на экстернат, по специальности «Программное обеспечение вычислительной техники и автоматизированных систем».
— А что после учёбы? Думал об этом?
— Потом постараюсь устроиться программистом на какую-нибудь фирму, и буду работать по Интернету. Здесь Интернета у меня нет.

Прошёл год, и в декабре прошлого года, по электронной почте, я вдруг получил от Романа письмо.
«Вы брали у меня интервью, — писал он, — если Ваш интерес к инвалидам не имеет «декадный» характер, то моя просьба не будет для Вас нонсенсом. Дело в том, что я занимаюсь футуристически-сюрреалистическим творчеством, но не имею возможности опубликовать его там, где авангардизм актуален. Если мои произведения имеют хоть какую-нибудь литературную ценность, то я прошу Вас внедрить их интересующимся авангардизмом людям. Далее представлены мои произведения, естественно, не все.
С уважением,РоманШиян.
P. S.: прилагается файл со стихами».

Стихов было много. И они были очень своеобразными…Скажем так: требующими понимания.

СТАРОСТЬ
Абстракт царапин – «корчится» немощь,
Развалины мышц – натянутая рана;
Мудрость из отпечатанных зрелищ,
Опрокинутая любовь
в раскрошенных овалах.
27.02.2001 г.

ТУХЛАЯ ФИЛОСОФИЯ
Ползущие теориями в беспределы,
Свой разум наружу, как правда,
Философии зацементированный лепет-беспрерыв –
Всё это – транс-пропаганда,
Свет на языке у слепых.
15.02.2001 г.

Из комментария автора:
«…я отобразил часть своего подсознания, опираясь на творчество В. Маяковского, В. Хлебникова, В. Вознесенского, Сальвадора Дали, Пикассо. Для многих мои стихи покажутся непонятными, вульгарными, лишёнными рифмы и смысла, что неудивительно, ведь школьная литература настолько костлява Пушкиным, Лермонтовым, Гоголем, Тургеневым и Толстым, что человек не в состоянии со своей железной слюнявой логикой понять стихи Маяковского, картины Дали, песни Е. Летова…
…В своих стихах я стараюсь разрушить все логические стереотипы, протухшие ассоциации, соединяя несовместимые, на первый взгляд, понятия, синтезируя неологизмы, скрепляя строчки нерифмованными между собой словами, усиливая эмоциональную сторону творчества ненормативной лексикой, ломаю четверостишия, заменяя их пятистишием или трёхстишием. Признаюсь, не всё получается успешно, но не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Многие слова у меня повторяются. В стихах не всегда крепка рифма. Иногда слишком субъективно и абстрактно написанный стих походит на бред. Это мои недостатки. Однако в любом стиле есть принципы, атрибуты, каноны, без которых любое направление теряет свою особенность».

«Привет, Рома!
Сегодня залез в свой ящик и обнаружил там собрание твоих стихов.
Все пока не прочёл. Но из тех, за которые «зацепился» глазом, кое-какие показались интересными. Я не спец по поэзии. Могу лишь оценивать на уровне «нравится» – «не нравится». Но главное, чем они меня удивили – беспросветным пессимизмом. Почему так? Ты ведь не мрачный человек? Наоборот, на меня ты произвёл очень светлое впечатление. Это о настроении. А по форме — интересно и занятно. Но это дело твоё, конечно, как и что писать. Понимаю, что за всем этим — огромный труд. Даже просто набрать такой объём текста очень тяжело, а тут ещё и сочинить. Но всё же, почему ты избрал именно такое направление?»

РАСПОТРОШЁННЫЙ Я
Я – зигота, зачатая под стимулом импульса смерти родственных душ.
Я – не выдавленный простынями созревший эмбрион в утробе матери, терявшей сознанье.
Я – высосанный вакуумом мёртвый ребёнок, оживлённый при помощи массажных движений безразличных пальцев, воскрешенный на повседневное распятие.
Я тот, кто влюбился в женское тело, слюнявя груди матери.
Я — искривленно дёргающаяся кукла, пугающаяся чужих взглядов.
Я – урна, в которую почти каждый плюёт брезгливым интересом, гордостью, смехом, словом…
Я – ненавидящий себя, пугающий себя и носящий в мозге своём Бога.
Я — вне религий, но за Богом, диктующим мне дело, но не талмуды…
Я – сгорбленное пугало, 160 см., выросшее на асфальтовой почве, с двумя ногами, одна короче другой.
Я – медуза в шахматах, украшенная белыми щёками неба, зелёными причёсками трав и ртутными ожерельями рек.
Я – закопанное детство, в котором гниют параллельные глаза любви под бесконечными дождями осеннего карнавала.
Я – глобальное одиночество, подглядывавшее с третьего этажа.
Я похоронивший себя ради смеха и существующий ради Неё.
Я – юность, израненная любовью, и анестезированная бензином…
Я – никто, который не умеет умирать.
Я – детский церебральный паралич, готовый быть человечеством.
Май 2005

«Привет, Рома!
…Каждый человек тащит по жизни свой крест. Каждому именно его крест кажется САМЫМ тяжёлым. У одних этот крест заметен, у других нет, но он есть, я тебя уверяю. Каждому трудно – по-своему. «Да, — скажешь ты, — им бы мой недуг!» Не дай Бог, конечно, никому. Но…. Что тут от нас зависит? Остаётся только жить в предлагаемых обстоятельствах. Боль каждого отдельного человека ощутима только им, больше никем. Поэтому, если ты посмотришь вокруг, то, наверное, найдешь примеры для большего пессимизма, чем твоё положение.
Главное, чем обладаешь лично ты – твой светлый ум! Не каждому это дано. (Не комплемент – факт). Понимаю твой дефицит общения, твое невесёлое окружение в интернате. У каждого – своя «тюрьма».
…Найди человека, которому ты нужен, для которого будешь примером, и может быть, даже опорой. Необязательно в физическом смысле, моральная поддержка ещё ценнее. Быть кому-то необходимым – тоже веская причина для жизни.
…Ну вот, пока и всё на сегодня. Кстати, откуда у тебя Интернет?
Творческих успехов!»

В Интернет Рома выходил через мобильный телефон. Очень проблемно и дорого. По его словам, пару лет назад, он даже писал письмо на имя Президента России с просьбой помочь подключиться к сети, но результат был нулевой, поскольку хотунковские линии связи оставляли в то время желать много лучшего.
Этой весной я вновь побывал в Доме-интернате. Там была встреча, посвященная юбилею Победы. После того, как все закончилось, заглянул к Роме. Поспрашивал его совета по компьютеру. Когда мы разговаривали, в комнату вошла директор интерната Елена Михайловна. Тема подключения к сети Интернет возникла снова. Недавняя модернизация системы телефонной связи в Хотунке значительно повысила техническую возможность желаемого. Кроме того, я вспомнил о недавно избранном депутате городской Думы по этому округу, молодом и очень порядочном человеке, Андрее Скороходове. Решили обратиться за помощью к нему. Андрей Петрович, узнав о сути просьбы, пообещал помочь.
Надо было проконсультироваться на Узле связи и определиться с интернатским номером телефона, к которому можно было бы подключить модем компьютера Романа. Заместитель директора узла связи Ольга Сергеевна Калинина, к которой обратился депутат, пообещала помочь. А в разговоре со мной Ольга Сергеевна выразилась однозначно: «ДЦП, и в университете учится? Конечно, поможем. Сделаем проводку, пусть парень работает. Таким людям просто необходимо помогать». (Ольгу Сергеевну знаю давно, и иного ответа от неё не ожидал.)

«…У вас был вопрос: «Каким воздухом я дышу»? Над этим стоит подумать. Если серьёзно, то я раза два-три в неделю делаю круг вокруг интерната, и постоянно в одном и том же комплекте одежды: спортивное трико, футболка и ботинки на босу ногу. Я – закалён! А столь однообразный комплекс одежды обусловлен моей физической ограниченностью. Дело в том, что эти вещи я в состоянии надевать сам без чьей-либо помощи. Почему не холодно зимой? (Все думают, что мне холодно.) Предполагают, что я мазохист. Ни-че-го по-доб-но-го! Я – инопланетянин! Просто, у меня почти постоянно напряжены мышцы. Когда я хожу, у меня сокращаются не только ножные, но и ручные, спинные и брюшные мышцы. При этом выделяется огромное количество тепла, которое обогревает мой «салон»…»

«Привет, Рома!
…А ты, и, правда, инопланетянин. Тебя занесло на нашу планету, а корабль, видно, разбился. И вырос ты такой, непохожий на аборигенов… Всегда мечтал встретиться с инопланетным разумом, но не думал, что моя мечта так скоро осуществится. И представлял я пришельцев примерно такими: очень – очень – очень интеллектуально развитыми, но не слишком продвинутыми в физическом плане. Это логично: зачем напрягать тело, если есть могучий ум. Но поскольку разуму надо в чём-то базироваться, телу тоже необходимо уделять внимание. И не три раза в неделю выходить на атмосферный воздух, а как минимум – ежедневно».

«Здравствуйте…
…Насчёт музыки. Вы спрашивали: «…откуда там голос?» Мои вокальные данные не столь хороши, как у Пласидо Доминго. За мое эксцентрично-вокальное исполнение, под караоке, «В лесу родилась ёлочка», меня закидают тухлыми яйцами и заплюют жеваной капустой. Чтобы избежать подобных ситуации, я синтезирую голос с помощью программы или вырезаю куски фраз из кинофильмов. Потом вставляю вокал в свою композицию. Самым главным в изготовлении сингла, на мой взгляд, является базовая мелодия, которая длится недолго, но составляет скелет всей композиции. Мелодию я генерирую на программном синтезаторе. В общем, на диджейство уходит масса времени. Однако это захватывает, как и другие виды творчества».

Общими усилиями (спасибо Елене Михайловне Ковшовой, Андрею Петровичу Скороходову, Ольге Сергеевне Калининой!) удалось подключить компьютер Романа к сети Интернет. Он ждал этого три года: «Аллилуйя, свершилось чудо — мне провели телефонную линию!» — написал он мне. Сеть для него не развлечение, это настоящее окно в мир.
В письмах Рома задаёт мне вопросы о творчестве Пикассо и Малевича, о философии жизни, о клонировании, повальном пьянстве, генной инженерии и модифицированных продуктах, много ещё о чем. Он разместил свои стихи и прозу на одном из сайтов (http://www.proza.ru/author.html?shiyanrv), и успел получить интересные отзывы читателей, вместе с этим – стимул для творчества. Он успешно учится в университете (с большим юмором описывает мне процесс сдачи экзаменов). Он уже своими знаниями зарабатывает деньги. У него немало друзей, но…

«Часто, в последнее время, задаёшься вопросом: «Какова моя миссия на Земле?» И эта мысль не спонтанна. Ведь для того, чтобы появился я, умерло три человека. Первый ребёнок в нашей семье, прожив три дня, умер от удушья. Потом родилась моя сестра. Спустя 10 лет, родственница умерла (по ошибке врачей) с неродившимся ребёнком внутри, Тогда мои родители решили зачать ребёнка, боясь, что в случае несчастья с дочерью, останутся одни. Это был я. Беременность шла нормально, но на 9 месяце моей матери захотелось пойти на базар. Переходя дорогу, она чуть не попала под машину. Срочно отвезли в роддом. Там была очередь и моей матери, несмотря на схватки, приказали ждать. Когда отошли воды, няньки, обвязав живот моей мамы простынями, начали, таким образом, выдавливать меня, потому как очередь нужно соблюдать. И только когда мать стала терять сознание, её положили на операционный стол и дали кислород. Кесарево сечение делать не стали — лень. Взяли некий вакуумный механизм и высосали меня. Я родился мёртвый. Пять минут смерти и снова жизнь. Врачи думали, что я буду недоразвитым. Моё возникновение и существование ещё более парадоксально, если углубляться в историю моей семьи… Я часто был на грани исчезновения: около восьми раз тонул, один раз, в шесть лет, чуть не упал с балкона, в детстве, падая, часто пробивал голову, два раза меня било током. В школе, однажды, злостно обкурился анашой, чтобы забыть возлюбленную и попал в реанимацию. И вот я до сих пор живу.
Какой смысл во всех этих хитросплетениях? «Великий смысл» или хаос, который мы своим мышлением превращаем в «великий смысл»? Остаётся констатировать: я знаю, что я ничего не знаю.
С уважением,
непотопляемый Рома».

Таких «инопланетян», как Роман, рядом с нами живёт немало. Мы просто предпочитаем или не замечать их (да и они ограничены, в силу своего состояния, в возможности покидать пределы своего жилья), или откупаемся мелкой монеткой, брошенной в банку у их инвалидной коляски. Роме, по большому счёту, очень повезло. Повезло с местом учёбы и проживания, повезло с окружением. Очень повезло со способностями и природными данными. Окончив университет, он, возможно, найдёт работу и стабильный заработок. Он мечтает о встрече с той единственной, которая станет ему подругой жизни. Мечтает о собственном доме…
Немного не повезло Роману и его соседям по интернату родиться в стране, где и здоровым пробиться очень непросто, а на костылях или инвалидной коляске, и тем более. Но мне почему-то очень хочется верить, что все мечты у Романа осуществятся. Так же, как и его горячее желание подключиться к «всемирной паутине», и он по-прежнему останется «непотопляемым».
P.S. Цитаты из писем,
приведены с согласия
Романа

row['name']

Комментарии (0)

Добавить комментарий