Сегодня: 18 декабря 6334, Вторник

… В четверг он похоронил жену, а в пятницу, 24 июня, упал в ручей и утонул. Да ладно бы — рыбу ловил да был выпивши. Так нет — просто шел в магазин. То ли голова закружилась, то ли поскользнулся на камешке… А годы уже не те: «с 33-го года он», вспоминают соседи, 72 уже стукнуло. «Скорая» пришла через полтора часа. Милицию ждали столько же. Очевидцы несчастья позвонили в «ЧЛ»: «Приедьте, зафотографируйте. Пусть его хоть выловят…».
Наш корреспондент приехал в Новоселовку почти через неделю. Дом по улице Станиславского, 16 был пуст и заперт. Хозяина еще не привезли из морга, родственников у него не было. Имя-отчество погибшего не вспомнил никто: «дядь Лёня звали…». Фамилию правда сказали: Гайнцев. В ту пятницу пошел дядя Лёня Гайнцев за продуктами из своей Новоселовки в «цыганский» магазин. Как всегда — через ручей сточных вод завода синтетических продуктов. Есть там, надо сказать, мостик, но его часто поток заливает. Вот и ходят местные жители по камешкам. И дядь Лёня пошел. И не вернулся.
Утонувший пенсионер Гайнцев — не единственный житель Новоселовки, не доживший до отселения. «Новоселовка» — вообще-то название народное, на карте города отсутствующее, но зато проходящее по документам как санитарно-защитная зона Новочеркасского электродного завода. Пусть не подумает кто-то, что это — самозастрой, что люди селились поближе к изрыгающим копоть трубам. Все было иначе: раньше здесь был колхоз Фрунзе, позже вошедший в черту города. Новочеркасску «повезло» — электродный завод стал единственным в СССР предприятием своего профиля, построенным в городе, а не за его чертой. И 140 домов стали едва не его цехом.
Вопрос об отселении людей из санитарно-защитной зоны встал в конце 80-х годов. И многие жители улиц Заречной, Станиславского, Короленко, Бородина получили новые квартиры в микрорайонах Октябрьский и Черемушки, в многоэтажном доме за автовокзалом. Другие «новосельчане» переселились в коттеджи, построенные в Восточном микрорайоне. Третьи… Третьи по сей день живут там, где по всем нормам жить нельзя.
Так, выехав по звонку о трагически погибшем пенсионере, «ЧЛ» обнаружила еще одну тему, которую нельзя замолчать. И в одном из ближайших номеров вы прочитаете статью о людях, 20 с лишним лет живущих в санитарно-защитной зоне крупнейшего (и вреднейшего!) предприятия. Но пока пишется эта статья, пока нашим корреспондентом изучаются полученные документы, дети и взрослые из Новоселовки каждый день ходят за продуктами в «цыганский магазин». Через ручей, в котором утонул, оступившись, пенсионер Гайнцев. Потому что нет в Новоселовке магазина, как нет ни почты, ни аптеки, ни телефонной будки… Есть только жители, которые нужны своему правителю раз в пятилетку — в год выборов.

Комментарии (0)

Добавить комментарий