Сегодня: 15 декабря 2017, Пятница

Расследуя ситуацию с ремонтом Центральной библиотеки им. А.С. Пушкина, корреспонденты «ЧЛ» общались со специалистами в области культурного наследия областной и федеральной служб. Сегодня мы публикуем интервью, которое нам дала Начальник Управления Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия по Южному федеральному округу Т.Н. Селедцова.

— Татьяна Николаевна! Организацию, которую вы возглавляете, мы, журналисты, привыкли считать своей и называть ее Управлением по печати. Теперь у нее новое название — очень длинное, а сокращенное – Росохранкультура. Из этого можно сделать вывод, что вам достались новые функции — охранять культуру, причем, они, по-видимому, приоритетные?
— Результатом административной реформы для нас стало упразднение Министерства печати. К сожалению. А к счастью — у нас действительно расширились функции, что помогает посмотреть на нашу действительность с точки зрения культурного наследия, исторического, духовного. Любому человеку это чрезвычайно интересно, в этом большой плюс! Но это и очень сложно. Для Управления это совершенно новая сфера, она никак не пересекается со сферой масс-медиа. Это огромный объем новой работы, очень ответственной – огромнейший пласт! И очень сложной — судя по тому, с чем нам уже приходится сталкиваться.
К сожалению, в ходе административной реформы мы понесли большие количественные потери. Сотрудников у нас стало меньше на треть; о том, что сегодня реально происходит в Дагестане или Ингушетии, или в Ставропольском крае, мы можем судить только по справкам или идущим с мест жалобам. Конечно же, выстраивая новую структуру, нужно думать не только о том, как сэкономить государственные средства, но и о том, что, если она действительно государству нужна, она должна полноценно функционировать. Если ее создавать в некоем усеченном виде, то это иллюзии, но не дело. Хотелось бы, чтобы иллюзий было меньше.
Кроме того, сейчас пойдет процесс передачи части полномочий федеральных органов субъектам. С рядом регионов Южного федерального округа уже состоялось обсуждение проекта Соглашения о делегировании полномочий. Когда этот процесс завершится, будет больше определенности в том, кто за что отвечает. И какова мера этой ответственности.
Думаю, в конечном итоге важно не то, за кем будут закреплены те или иные функции, будут они исполняться субъектами или территориальными органами федеральных органов исполнительной власти. Главное в другом: в наличии средств на памятники, на их сохранение и готовность исполнять законы и слышать друг друга. Что касается средств, то львиная доля из программы «Культура России» уходит сейчас на реконструкцию Большого и Мариинского театров. Регионы опять берут большую нагрузку на себя. Исходя из этого надо искать компромисс. Например, губернатор Ростовской области В.Ф. Чуб выделил средства на частичный ремонт – не реставрацию, не реконструкцию – памятника федерального значения Ростовский государственный академический молодежный театр. Предполагается замена деревянных оконных рам на металлопластиковые. Какой выход: остановить строительные работы, т.к. нарушается первозданный облик памятника или все же менять сгнившие окна на новые и сказать спасибо губернатору? Склонна к последнему варианту, обязав при этом заказчика взять на себя долговременные обязательства по воссозданию исторического облика памятника.
Что касается взаимопонимания сторон, которые на региональном и федеральном уровнях занимаются охраной культурного наследия, то и здесь есть примеры позитивного сотрудничества. Пример – перемещение памятника С.М. Кирову в связи с реконструкцией историко-археологической части одноименного сквера. В настоящее время этот вопрос согласован с Росохранкультурой, и памятник, при наличии необходимой проектной документации, в ближайшее время переместится на пересечение Пушкинской улицы и Кировского проспекта.
К сожалению, позитивных примеров горазд меньше. Больше личных амбиций, незнания законов или их откровенного игнорирования.

— Татьяна Николаевна! А к чему, на практике приводит такое игнорирование?
— Вот пример буквально вчерашний. На заседание административной комиссии мы пригласили одну крупную фирму, совершившую административное правонарушение. В одном из районов области она согласовывала землеотвод под установку вышки сотовой связи. Со слов представителей фирмы, по «рекомендации» главы местной администрации из списка выбросили «лишних согласователей»: пожарных, ГАИ, инспекцию по охране памятников. В результате вышка оказалась в зоне памятника археологии, частично разрушив могильник. Административная комиссия Управления вынесла решение: 2000 МРОТ – штраф организации, 20 МРОТ – штраф руководителю — и развеяла иллюзии фирмы, что она отделалась легким испугом. Потому что основное – это не штраф, а работа по изучению древнего кургана, которую должны выполнить археологи, чтобы в результате такого варварского землеотвода и строительства памятник археологии не был навсегда утрачен. Стоимость этих работ составляет от двух до четырех миллионов рублей. Кстати, ситуации с разрушением курганов имели место в Зимовниковском и Тарасовском районах Ростовской области, в Краснодарском крае, Ставропольском крае, Волгоградской области, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Северной Осетии, Ингушетии и Чеченской Республике.

— Охранные зоны — это самый больной вопрос. Имеете ли вы карты этих зон по нашему региону, возможно ли с этим разобраться, ведь много лет от этой проблемы отмахивались, игнорировали…
— Самые последние данные по состоянию памятников, которые мы имеем, относятся к середине 80-х — началу 90-х годов прошлого века. Конечно, охранные зоны – есть. Но вот только сейчас появился Федеральный закон № 73, предписывающий все это соблюдать и сохранять. И я думаю, что с учетом Градостроительного кодекса, Земельного кодекса — всего этого нового блока документов сегодня, наконец, можно регулировать все вопросы застройки, реконструкции, отведения участков под новое строительство. Санкт-Петербургский институт урбанистики в настоящее время разрабатывает генплан застройки Ростова-на-Дону, отдельным разделом которого рассматриваются охранные зоны. Центры таких городов, как Ростов, Новочеркасск, Азов, Таганрог и другие – это исторические поселения, и любой землеотвод должен согласовываться с органами по охране памятников, археологическими службами.

— Вопрос по нашей городской библиотеке, которая является региональным памятником: работы начали без проектной документации, без согласования с Вашей службой …
— Когда заказчика — Департамент строительства мы пригласили в очередной раз в Управление, чтобы выяснить, какие действия он предпринимает на этом объекте, нам было заявлено – это … вообще не памятник! Возникает резонный вопрос: если объект не является памятником, то почему заказчик не обжаловал действия контролирующих органов? По всей вероятности, директор департамента г-н Бондаревич и по сей день остается в уверенности, что здание библиотеки не является памятником. И, вероятно, по этой причине, в течение двух месяцев не представил в Управление Росохранкультуры необходимые разрешительные документы областной инспекции по охране и эксплуатации памятников истории и культуры. Вопрос о мерах будет решен после изучения этих документов. А в целом, отношение к памятникам – это вопрос нашей общей культуры. И правовой ответственности – есть же в городе прокурор. Директор департамента находится в подчинении мэра города. И так далее …

— В вашей практике это не единичный случай?
— Я бы сказала, не единичный не только в нашей практике. Федеральный закон № 73 от 25 июня 2002 г. «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» вступил в силу еще три года назад. А заработать в полную силу он пока так и не смог. Во-первых, к нему недостает порядка десяти подзаконных актов. Например, о порядке проведения историко-культурной экспертизы, положение о едином государственном реестре, порядок разработки проектов зон охраны; требования к режиму использования земель и градостроительным регламентам в границах данных зон; порядок выдачи археологических листов и др.
Во-вторых, не сложилось правоприменительной практики, что дает некоторым хозяйствующим субъектам по старой российской традиции критиковать законодательство и только его винить во всех бедах. Более двух лет, пройдя все инстанции от РОВД до краевой прокуратуры, Министерство культуры Ставропольского края не могло найти поддержки и призвать к ответственности ОАО «Черномортранснефть». В результате прокладки ЛЭП там было повреждено 9 могильников, десятки опор вошли в охранные зоны могильников. «Черномортранснефть», частично выполнив охранные мероприятия, не считает необходимым выполнять их в полном объеме.
Переговоры Управления Росохранкультуры по ЮФО, Министерства культуры Ставропольского края и ГУП «Наследие», а также руководства акционерного общества были непростыми. Однако, первые результаты достигнуты: стороны договорились выехать на место и еще раз осмотреть памятники археологии и определить меры по их сохранению. По большому счету, все упирается в две вещи: сначала – игнорирование закона, в т.ч. проведения необходимых процедур разрешения и согласования, а потом – цена вопроса, которая в данном случае составляет несколько десятков миллионов рублей. Вот и возникает вопрос: а не проще ли и не дешевле соблюсти закон, чем потом выдергивать столбы ЛЭП и вышки сотовой связи?

Комментарии (0)

Добавить комментарий